Лукавый Шаолинь

Так называемый список Вайшнавского. Туда включены лишь самые лучшие и достойные. Но я могу добавить любые фамилии по своему желанию. В том числе и ваших друзей. Это совсем не сложно и ничего мне не стоит. Всего лишь за вашу благосклонность. Ведь вы – уже не девочка, моя прекрасная «холодная вода».

Я опустила голову и сжала кулаки, чуть не плача от бессилия.

Вайшнавский обхватил мое лицо ладонями. Заглянул в глаза и повторил:

– Какая же вы необычная женщина, Иней.

И я, поняв, что от меня требуется, стала снимать одежду.

51

51

Газета была спасена, а в список Вайшнавского добавлены фамилии моих друзей и коллег, но от увольнения майор не мог меня избавить даже при огромном желании. Зоне нужна была кровь.

«Скоро все успокоится. Мы уже предприняли необходимые меры. Я примерно знаю день, когда ворота города откроют и начнется кошмар. Пойми, всех не могу спасти. Это не в моей власти. Но для вас будут автобусы, которые увезут твоих мужа и друзей в безопасное место. А пока поработай в школе. Для своего же блага.

Слишком опасно тебе быть журналистом», – сказал Вайшнавский и поцеловал меня в губы на прощание. Я вздрогнула от этой холодной, почти механической ласки.

Я восприняла это известие с тихой радостью, потому что знала: теперь смогу стать тем, кем мне предначертано – учителем. И смогу уйти от Френда. Тот возненавидит меня, узнав о Вайшнавском. Но это лучше, чем так жить. Я скажу ему правду, но не сейчас, а когда смогу. Когда найду в себе силы.

Едва выйдя из кабинета майора, я отправилась в редакцию – писать заявление об уходе.

Но сначала все же позвонила Френду:

– Привет. Все кончилось хорошо! Меня увольняют, ну и ладно. Устроюсь в гимназию.

– Здравствуй, – только и ответил муж.

Но я продолжала радостно щебетать:

– Напишу заявление задним числом. Все только начинается! Устроюсь учителем русского и литературы. У меня столько задумок! Ой, Френд, все будет...

Услышав гудки, я положила телефон в сумку, но на душе у меня стало неспокойно.

Я почти бегом бросилась в редакцию.

И даже не удивилась, когда в пустом коридоре встретила поутри. Он был в черном камзоле. И в этот раз подал мне нож с белой ручкой.

– Убей Френда из Татуры. Его кровь разрушит эгрегор. И ты выполнишь свое Предназначение. Или же умрешь.

Я повертела нож в руке:

– Искушаешь?

– Решай… просто выбирай, – прошелестел поутри.

– Нет! Ни один волос не упадет с головы моего мужа!

– Тогда умрешь ты!

Я не удостоила его ответом.

И в последний раз открыла дверь в редакцию.