Лукавый Шаолинь

– У тебя появился поклонник, – усмехнулся Френд.

– Поклонник ростом сто тридцать сантиметров и в бархатном камзоле?

– Иней, кажется, ты уже спишь, даже не поела.

Муж помог мне лечь в кровать и накрыл одеялом. От усталости я даже не смогла умыться. И приснились мне Двойные горы и прилежащий к ним лес.

45-47

45

Так прошел месяц, за который меня дважды лишили гонораров, потому что, как ни старалась, я не успела сдать все тексты и фотографии. Косились и преподаватели в университете:

– Инна, вы знаете, что с таким количеством пропусков не будете допущены к экзамену? – сообщила одна из преподавательниц, пожилая дама, жившая одна с тремя котами и посвятившая жизнь русскому языку.

– Вот лекции! Я все переписала. И семинарские упражнения выполнила.

– Вижу. Но в чем причина пропусков? Инна, вы были одной из лучших студенток. Мне казалось, что из вас получился бы прекрасный педагог.

– Понимаете, я теперь работаю.

– Работа… А вы отдаете себе отчет, что этот год – решающий? Государственные экзамены, защита диплома.

Вы же всегда прекрасно учились, Инна! Неужели материальное положение вашей семьи так плачевно, что нет другого выхода. Может быть, вам не стоило выходить замуж?

– У меня нет выбора! Я живу в закрытом городе и без работы просто не получу визу.

– И что случится такого страшного?

– Мне придется перейти на нелегальное положение, что крайне опасно, срочно найти другую работу, что очень сложно в маленьком городе. Больше всего боюсь, что окажусь за пределами Зоны, – я опустила голову, даже не замечая, что моим щекам текут крупные слезы.

Преподавательница долго молчала. Потом подошла и крепко обняла меня:

– Простите, Инна, я ведь не знала, что все настолько серьезно. Конечно же, к экзамену допущу. Вы попали в ужасно сложную ситуацию. И, наверное, думаете, что все вас бросили и никто не понимает. А я понимаю! Почему? Да потому что сама прожила в Краснокрестецке год. Тогда еще все только начиналось, и я была молоденькой учительницей русского языка, которая недавно вышла замуж.

Какая была любовь! Но Зона – не для всех. У меня началась депрессия, тоска по дому и постоянные приступы панической атаки. Муж считал все это капризами. И я чуть не окончила свои дни в клинике. Помогла, как ни странно, Верена. Я порвала со всем и уехала. Каждый день гуляла по лесу, купалась в озерах и… вылечилась. Только вот полюбить больше не смогла. Держись, девочка, держись.

И я держалась.