Первый хранитель Бездны: Из монстра в девчонку

И заметив богатое убранство комнаты, обставленной дорогой мебелью и освещенной не менее дорогими настенными кристаллами, подумала:

«Управляющая была права, врач он достойный, раз в такой дикой конкуренции в столице без поддержки клана, может работать в таких условиях».

— Мириам, сколько лет, я видел тебя в последний раз, когда тебе еще не было и восьми, — встал из-за своего стола, спортивного телосложения мужчина, поверх рубашки которого был расстегнутый белый халат, — ты поди меня и вовсе не помнишь, ведь с тех пор я и не появлялся.

Как там управляющая, как жизнь в административных низах самого могущественного клана запада?

— Здравствуйте мистер Генри, — слегка поклонилась горничная, ничего более не ответив.

— Ох, понимаю на такие вопросы лучше не отвечать, согласен, был неправ. За десять лет привык к свободе, прости. Я не хотел тебя обидеть, да и тем более задеть клан, чтобы там не было, меня отпустили с миром. Но ты ведь сюда пришла не мои истории слушать да? Что случилось? Миледи Беатрис говорила мне о больной девочки из побочной ветви, за которой послала тебя присматривать, с ней что-то не так?

«Как я и думала, скорее всего, управляющая, сама ни разу не видевшая госпожу Тайхо, и правда думает о ней как о члене клана из побочной ветви, причем самой низшей, — сузила глаза горничная, взглянув на алую кайму окружающую бурый зрачок доктора.

— Я точно не знаю предысторию мистера Генри и его жены, но миледи Беатрис сказала, что они люди из третьестепенной ветви, попросившие вольную и чем-то заплатившие за нее. Судя по его глазам, так оно и есть, родословная относится к низшей ветви клана. Ничего против них не имею, вот только как они отреагируют на юную хозяйку?»

— Госпожа повредила руку при использовании меча, плечо отекло, и она не может её поднять, — пояснила Мириам.

— Меча? А она разве не сильно больна, я думал буквально при смерти. Нет я рад что ошибся просто… — странно посмотрел на горничную Генри, убежденный, что девочка десяти лет с болезнью сращения сфер, едва должна есть и пить, возможно ходить, но никак не махать мечом.

«Не могу же я спросить у девушки, не бьет ли она свою госпожу, может та просто упала? Но почему тогда не сказать правду?»

— Мириам, я не состою в клане, и ты это знаешь, обращаясь ко мне как к равному. Лишь возраст довлеет над нами в качестве мерила вежливости. Поэтому тебе нужно сказать правду как поранилась твоя госпожа, это важно для диагноза, хорошо? — мягко улыбнулся мужчина, стоящей, словно столб, девушке.