Истины нет

— Меня зовут Лесли Камило. Вы можете звать просто Лесли. Капитан второго пехотного клина «Городских псов».

— Приятно снова увидеть тебя, — Кйорт кивнул.

Капитан, поняв, что охотник устал и хочет поскорее попасть в город, посторонился и прокричал в темноту за воротами:

— Двое, ко мне!

За дверями послышался лязг легких доспехов и топот.

— Проводите господина в «Верхний город», — скомандовал он и пояснил Кйорту: — Это лучший постоялый двор в городе.

— Если можно, в часовенку, к отцу Волдорту, — тихо поправил офицера Кйорт.

— Слышали? Проводить господина, куда он попросит. И чтобы никаких задержек! Головой отвечаете!

Солдаты дважды стукнули левыми кулаками в железных перчатках по кирасам с негромким «ку-ум».

— Благодарю, — Кйорт дернул поводья и прошел в калитку.

— Господин, — капитан легонько дотронулся до руки ходящего, когда тот проходил мимо. — Я только хотел спросить…

Лесли выглядел смущенным и почувствовал, что краснеет, словно юнец.

— И вчера, и сегодня было солнце.

Холод не вернулся ночью… я подумал… надолго ли?

Кйорт задержался и обернулся к капитану.

— Теперь все будет хорошо, — сказал он тихо, но решил, что его слова прозвучали совсем неискренне, и поправился: — С погодой теперь все будет как положено этому времени года.

Лесли просиял и доверительно прошептал:

— Я так и решил, что это, несомненно, ваших рук дело! Сколько я видел этих дутых охотников и викариев…

— Тише, капитан, — оборвал восторженные слова Кйорт и чуть слышно прошептал прямо в ухо: — Не думаю, что тебе хочется гореть на столбе за ересь.

У стен есть уши, а тут, кроме стен, еще есть живые. Я сделал то, что у меня получается лучше всего, другого я не умею. Но говорить, что ты не верил в других, не смей. Пусть даже шепотом. И даже мне.

Кйорт похлопал Лесли по плечу и прошел под тяжелый арочный свод. В свете факелов опасно блестели зубья все еще поднятой решетки. Двое стражников еще раз приветствовали ходящего. Один помог ему вновь сесть на коня и найти стремена.

Потом взял коня под уздцы и, освещая себе дорогу, пошел вперед. Второй, обнажив широкий меч, шел рядом, зорко вглядываясь в каждую щель, словно оттуда могла возникнуть опасность. Гулкое эхо покатилось по каменным стенам, но сменилось звонким цоканьем, едва лошадь выехала из-под арки в передний двор.

Теперь тут было тихо и даже уютно. Где-то на узких улочках мелькали факелы расхаживающих патрулей, слышался крик кота или далекий лай собаки.