Истины нет

Стража уже установила в железные скобы тяжелое бревно — засов, оставив открытой только узкую калитку справа. Кйорт спешился и двинулся к ней, ведя Хигло под уздцы. Караул преградил ему путь. Один из привратников вышел вперед, направив в грудь странника острие меча, а второй, подняв горящий факел повыше, нагло спросил:

— Кто такой? Куда?

В его глазах уставший, с измученным грязным лицом и спутавшимися волосами, в пропитанной кровью рубахе, ходящий был не более чем проходимцем или бродягой.

Кйорт устало выдохнул и достал из набедренной сумки грамоту:

— Я охотник на ведьм, вот мое разрешение на охоту.

С этими словами он протянул стражнику бумагу.

— Охотник? — караульный грамоту взял, но разворачивать не спешил. — Что-то ты не похож на охотника за ведьмой, скорее на бродяжку. Или на шпиона, который силой отнял эту бумагу у настоящего владельца. Откуда мне знать?

— Мое имя Кйорт Ларт, я охотник на ведьм. У тебя в руках мое разрешение местного епископата на охоту в здешних местах, — монотонно проговорил ходящий.

Стражник продолжал молча вертеть в руках скрученную в трубку бумагу.

— Во имя человеколюбия, я ранен, мне нужно обработать раны и лечь. Не собираешься же ты держать меня за воротами до утра?

— Вообще-то это именно то, что я собирался сделать, — грубо отрезал привратник.

— В чем дело, солдат? — раздался голос за воротами.

— Капитан! Вот проходимец!

Стражник посторонился, пропуская вперед начальника ночного караула.

— Убеждает, что он охотник на ведьм. Но он в лохмотьях и без сопровождения.

Офицер повернулся вполоборота к солдату и взял у него факел. Колеблющийся рыжий свет осветил Кйорта.

— Бог мой! Ты что, совсем потерял остатки ума? — взревел офицер. — Отправляйся на кухню, будешь сегодня ночью таскать помои за городские стены!

— Но капитан! — стражник съежился.

— И в следующий караул тоже! — рявкнул гвардеец. — Пошел вон! Стой! Верни грамоту господину!

Офицер вырвал бумагу из рук ошалевшего солдата и учтиво протянул ее ходящему. Кйорт спрятал грамоту и улыбнулся:

— Рад, что попал на ваше дежурство, как и в тот день, когда мне удалось поймать Нарциллу. Надо признаться, я уже думал, что снова буду спать под звездами.

— Господин, простите этого осла, — офицер поклонился.