Шут и трубадур

Перед ними лежала страна их кончившегося детства.

Наверное, Кристина подумала об отце, потому что задышала подозрительно часто и пару раз шмыгнула носом, да и у Юджина сжалось горло, когда он понял, что видит все это в последний раз... Но сквозь смутную печаль на него вдруг опустилось странное спокойствие.

Впереди его ждала кишащая разбойниками дорога, в конце дороги — полная неизвестность, но ведь в пути с ним будет Рэндери, а в неизвестности — Кристина, которая ни за что не отречется от своего брата.

И он никогда больше не увидит Роберта Льва!

«Пусть будет, что будет, все равно хуже уже не будет», — любил говаривать покойный барон.

— Представляешь, Юджин, — тихо заговорила Кристина, — когда мы будем проезжать через Сэтерлендский лес, на нас вдруг накинется шайка разбойников во главе с самим Норландским Медведем! Вы с Рэндери сразитесь с Медведем, и ты одолеешь ужасного бандита... Рэндери отрежет разбойнику голову и отвезет ее королю. «Кто тот храбрец, что одолел злодея? — спросит король.

— Я обещал за этот подвиг рыцарство, а если герой уже рыцарь — богатые земли!» «Вот победитель Медведя!» — ответит Рэндери и подведет тебя к трону. «Преклони колена, смельчак! — молвит король и ударит тебя мечом по плечу. — Встань и зовись отныне Рыцарем, Поражающим Медведей!» И он даст тебе боевого коня, сияющие доспехи и острый меч...

— Который я не подниму и двумя руками... — пробормотал шут.

Но рука его невольно сжалась, словно на рукояти меча.

— ...Ты посадишь меня на круп своего коня, и мы уедем далеко-далеко, к замку Британского Великана-из-Великанов.

..

— А дальше? — спросил невольно захваченный этой сказкой Юджин, когда Кристина вдруг замолчала и ткнулась в его плечо.

Но Кристина ничего не ответила, и Юджин, скосив глаза, увидел, что она спит — тем внезапным беспробудным сном, каким засыпают смертельно усталые дети. Она спала на его плече так безмятежно, словно он и впрямь был храбрейшим из рыцарей, а не жалким никчемным трусом.

А может, все же не трусом?

Может, и вправду однажды к аббатству Святой Женевьевы придет бродячий жонглер и споет Кристине балладу про него — Рыцаря, Поражающего Медведей?

Шут тоже стремительно засыпал, и, едва закрыв глаза, увидел перед собой кучу бородатых оборванцев, громоздящихся за спиной детины в медвежьей шкуре, очень похожего на Роберта Льва. Оборванцы вопили и размахивали ножами, детина рычал и орудовал дубиной величиной с Волшебный Дуб...