Чужая тень

Даже на войне, где это считалось невероятно сложно, я старался оставаться человеком.

Параллельно с этими размышлениями я думал о том, что девочка просто невероятно живучая. Мне хватило одного удара, чтобы упасть на землю, а каково же пришлось ей? Она точно ещё жива?

Очередной удар снова пришелся мне в голову. Не знаю, как не отвалилась моя черепная коробка, потому что тяжелый пинок с размаху вполне мог с ней это сделать.

Я лежал в грязи не в силах сопротивляться сыплющимся на меня тумакам, и мне не оставалось ничего другого, как прикрываться и думать.

Нет, не о том, как остаться живым, а о девочке, которую вряд ли оставят в покое после того, как разберутся со мной. Если меня здесь даже не убьют, а покалечат так, что я встать не смогу, то кто же тогда поможет этому сильному, но никому не нужному существу?

Однако тучи надо мной сгущались, и уже вся четвёрка словно потеряв живой интерес уже вяло поколачивала меня ногами. В переулке было катастрофически мало места, и потому охаживали меня лишь трое.

Четвертый же, зажёг чиркнув огнивом откуда-то взявшийся факел и теперь освещал тупик и жадно выглядывал из-за спин своих товарищей, норовя тоже ткнуть меня ногой. Я уже не пытался вырваться и лишь лежал не двигаясь, как и та девочка.

— Ну чё, кусок навоза? Где твоя храбрость-то? Оно тебе надо было?

— Ну-ка, братцы, погодь. Надо глянуть, что у него есть в карманах.

Тот, что держал факел, наклонился поближе и начал рыться в моих карманах. Я уже не мог толком шевелиться, когда мое тело неожиданно выгнуло дугой и пронзило острой болью.

На мгновение в переулке стало темно, а затем факел снова заиграл светом. Обыскивавший меня не успел среагировать на то, что произошло дальше. Моя рука против воли резко потянулась к нему и, схватив за щиколотку, с силой рванула на себя.

Детина рухнул на спину приложившись о грунт головой. От такого неожиданного поворота остальные, застыв на несколько секунд, уставились на захрипевшего товарища. Упавший на землю факел заставил тени плясать немыслимые танцы.

Тем временем мое тело, не иначе как чудом, вскочило на ноги и встало в стойку. Боль исчезла как по мгновению руки. Я стоял левым боком вперед, вполоборота к противнику. Мой вес был равномерно распределен на обе чуть согнутые ноги. Правая рука была расположена ближе к корпусу, а левая вытянута и опущена, будто ожидая поразить любого, кто появится в зоне досягаемости.

Необычные и загадочные ощущения.