Леди с клыками

Выражение лица эльфийки, а в следующий момент и портного – когда оная эльфийка отшатнулась от подарка, как демон от святых мощей, – было достойно увековечивания на пластинке новомодного фотографического аппарата. Ну откуда нашему любезному хозяину было знать о крайней нелюбви нашей подруги именно к лукам? Лаэлу легче было встретить на стрельбище с чем-то гаубицеподобным, чем с национально-эльфийским, как она высказывалась, «прутом для отгоняния коров». Тем более с вот такой вот дурындой «дальнего поля», которая вообще-то предназначалась – в те времена, когда стояла на вооружении, а это было примерно тройку столетий назад – для сверхдальней залповой стрельбы по плотным рядам противника спецбоеприпасами.

Да и ростом этот антиквариат был на пару голов выше нашей эльфийки.

Так что, испуганно пискнув, Лаэла чуть ли не бросилась к столику и подхватила с него, правда с трудом, мрачно блеснувший вороненым шестигранным стволом дульнозарядный капсюльный штуцер выделки сулимского оружейного арсенала. В позапрошлой войне именно их называли, причем вполне справедливо, убийцами магов.

Ибо их полудюймовая пуля с сердечником из замагиченного льда пробивала магические щиты и находившиеся за ними хрупкие тела с расстояния более чем восьмисот ярдов.

Вцепившись в него обеими лапками и гордо вскинув подбородок, эльфийка всем своим видом показывала, что она уже вооружилась и больше ничего из антиквариата ей можно не предлагать.

– М-да… – Гроткар с интересом рассматривал выуженный из груды оружия маленький метательный молот, вышедший, вне всяких сомнений, из рук подгорного народа и предназначенный для них же.

Резьба, покрывающая его, выглядела странно смазанной, будто она побывала в доменной печи или испытала на себе дыхание дракона, которые после Эпохи Смерти встречались чуть чаще, чем раз в столетие. – Знаю я ребят, которые за эти вещички без разговоров отвалят золотых этак тысячу и продадут как минимум вдвое дороже. Адресок дать?

– Не надо, – покачал головой портной. – Не такие уж это и большие деньги для меня.

Да и мало ли, вдруг еще пригодится. А вы, мисс Клер, почему ничего не берете?

– У меня что-то вдруг после хорошей еды зубы разнылись, – сказала правду я, языком ощупывая частично сколовшийся во время недавних побоев резец. От легких прикосновений он шатался, причем весьма ощутимо, и, кажется, собирался вот-вот выпасть. Боль была, но легкая и какая-то странная, необычная, побуждающая трогать пострадавшую в борьбе с преступным правосудием косточку еще и еще.