Рыжий. Том 1. Грядет буря

И ещё больше повезло, что он не промахнулся, вонзил метательный нож в горло арбалетчику. Ну а затем, натянув плащ убитого, выбрался наружу. Передвинул перевязь с ножами, чтобы не тянуться за оружием и уверенно зашагал по карнизу к двум оставшимся стрелкам.

— Что там? — не оглядываясь спросил один из них. Видимо, главный.

— Все в порядке. — приглушенно ответил Мискат, вонзая нож главному в печень и перехватывая тело, уже было начавшее падение вниз, на залитый светом двор.

— Чего расшумелись? Задание сорвать хотите? — недовольно шикнул третий стрелок, приподнимая капюшон и оглядываясь на них.

— Извини. — метнул ему в глаз нож вор и оттолкнул тело предводителя.

А затем разрядил перехваченный у того самострел в стрелка, выцеливающего дверь внизу.

Еще два метательных ножа пропали впустую, арбалетчики заметили вора и дружно выстрелили во взмахнувшего плащом Миската.

Дважды пробитый плащ полетел вниз, а раненый в плечо вор следом за ним, прямо на плечи одного из мечников, занявших позиции возле двери.

— Брат, бей! — завопил Мискат, отбиваясь кинжалом от пехотного меча второго бандита.

Сандон появился эффектно, вышибив дверь ногой и приложив противника Миската ею по спине. И сразу же оказался между двумя бойцами, прикрываясь ими от взведших самострелы арбалетчиков.

Мискат воспользовался подарком брата, насадив потерявшего равновесие мечника на кинжал. Скривился от боли, раненой рукой вытаскивая последний метательный нож... И едва увернулся от очнувшегося врага, на которого он упал.

Тот оказался здоровяком. Легкий вор не сломал бугрящуюся мышцами шею, лишь сбил бандита с ног и на несколько ударов дезориентировал. И сейчас, парируя могучие удары, жалел, что поторопился и не стал терять время на упавшего. Мечник был не только здоровяком, но и хорошим бойцом. Уже дважды Миската спасало буквально чудо, когда клинок рассекал одежду, оставляя на нем лишь легкие порезы. Вор уворачивался, стараясь закрываться противником от внимательно следящего за дерущимися стрелка.

А безмятежное светило заливало лучами двор-крепость, за высоким забором которого не было видно разворачивающегося сражения.

Сандон разделался с одним из противников и теснил второго, стараясь подобраться к стрелку ближе. Тот прекрасно понимал незамысловатую хитрость противника и, напротив, старался переместиться так, чтобы подставить противника под болт. Долго такие танцы продолжаться не могли, исход, казалось, был предрешен.