Прародитель Магии (РЕМЕЙК)

Рыцари заметили его и немедленно выставили перед ним щиты. Но юноша взмахом руки приказал своим воинам отойти и присел на булыжник. Рядом с ним встала горничная с фиолетовыми волосами.

— Много у вас ушло времени, — сказал Артур, глядя на толстяка, который дрожал на земле, и на его телохранителя, который корчился рядом на земле.

Второй телохранитель согнулся.

— Все с титулом ниже герцогского обязаны приветствовать короля на коленях — герцоги поклоном. Дворцовый этикет, том I-й. Я прав... Афер?

Принц смотрел на второго телохранителя.

Он стоял с опущенной головой. Но вот его руки сняли шлем, открывая металлического оттенка волосы и длинную бороду.

Это был мужчина примерно пятидесяти лет.

Среди собрашихся грянул гомон.

Они узнали в нём герцога Афера.

Он поклонился и произнёс размеренным, но громким голосом:

— Приветствую, ваше величество.

Артур ему не ответил. Пока рыцари с обеих сторон пытались прийти в себя и осознать разоблачение герцога — зачем ему было маскироваться? никто этого не понимал — принц рассматривал зелёную, заросшую травой низину, которую щипали сиреневые тюльпаны.

— Хороший вид, — сказал он беззаботно.

Аркадия проследила за направлением его взгляда.

— Наверное, — согласилась девушка.

Её волосы были, всё же, более сиреневыми, чем тюльпаны.

— Но надо работать, — сказал Артур, спрыгнул на землю и прошёлся вперёд.

— Афер, зачем была эта клоунада? — криком спросил юноша.

Герцог медленно достал с пояса кинжал. Неподалёку извивался телохранитель с проткнутым коленом.

Он уже не кричал, но только громко дышал и пучил глаза. Афер наклонился перед ним и одним движением перерезал горло мужчине, как раненой диче. Рыцари с обеих сторон смотрели на герцога с одинаковым удивлением и непониманием. Затем Афер убрал кинжал и взял с пояса хлыст. Его толстый сын лежал на коленях и смотрел на отца, как на палача.

Афер ударил его трижды, каждый раз в спину.

После первого взмаха толстяк завопил и упёрся головой в землю.

После второго по его тучным бокам потекла кровь, его глаза покраснели, он стал жевать землю.

После третьего толстяк обмяк и больше не шевелился.

Афер хлестал так быстро и мощно, что звук ударов пролетал мимо ушей.

— Ваш евеличество, — заговорил герцог, опускаясь на колени.

— Прошу простить меня и моего сына. Я хотел испытать своё чадо, даровал ему моё войско и позволил самому вас встретить.... Но он совершил глупость и оскорбил вас. Это наша общая вина. Накажите нас, как считаете должным.