Хлеб наемника

И, если бы попал, то он точно вдавил бы мой нос в череп! Пришлось упасть на колено, поймать его ногу и ударить кулаком в пах.... Ну, возможно, дети у него еще будут....

Я огляделся. Восемь (а, нет, девять) парней корчились, держась за животы, головы и прочие места.

Лилиана-Августа-Фредерика-Азалия стояла на прежнем месте, а по ее лошадиной физиономии было невозможно определить — испугалась она, или, напротив, восхищается. Герцогиня молча повернулась и гордо удалилась в замок. Решив, что ее светлость сама пришлет слуг за пострадавшими, я отправился докладывать герцогу о первом дне службы.

В приемной его светлости, желавшей стать его высочеством, дежурил паж. Героически прикрывая цыплячьей грудью дверь в кабинет, юнец надменно сказал:

— Их светлость заняты!

Я уселся на кожаный диванчик, заработав неодобрительный взгляд: мне следовало либо стоять, или, в качестве особой милости, сесть на откидной табурет у стены. Однако указывать наемнику его место мальчишка не рискнул. Из-за дверей доносились яростные вопли герцогини.

Дверь кабинета откинулась так резко, что мальчишка отлетел в сторону. Его светлость, не обратив внимания на травму юнца, высунулся из дверей.

В халате и колпаке Отто Уррийский не производил впечатления коронованной особы. Узрев меня, герцог слегка поморщился:

— Ты кстати, Артакс. Заходи.

Я изобразил межевой столб, замерший в почтении и смирении, а герцог изволил заорать:

— Ты знаешь, что натворил?!

— Никак нет, ваша светлость! — голосом недалекого капрала отрапортовал я.

— Из-за тебя я был вынужден нарушить брачный контракт! — бушевал герцог, посыпая мою голову сочными эпитетами ...

— В каком пункте? — деловито поинтересовался я. — Если в том, что касается права Великой герцогини на развлечения, то вашей тут вину нет. Как говорят крючкотворы — имеют место форс-мажорные обстоятельства. Или — «казус», то есть — случай. Любой стряпчий докажет, что его светлость ни в коей мере не пытался ущемить права ее светлости.

— А как же тот факт, что вы (сколько яда было в этом «вы»!) избили моих людей? С кем, по в а ш е м у, я должна теперь ехать на охоту? — поинтересовалась герцогиня, тряхнув гривой.

Ба! Оказывается, помимо статной фигуры, у герцогини очень красивые волосы. Во дворе они были убраны под шляпу...

— Если помните, ваша светлость, драку спровоцировал не я, а ваши слуги, — поклонился я герцогине.