Наш сосед - викинг

Он собирался сожрать юношу — но не потому, что был голоден. Как и все в его роду, он ненавидел людей. Они были для него чужды и непонятны — точно так же, как чужды и непонятны для людей великаны.

Нет, не таким Али представлял себе первый поход! Он знал, что враги беспощадны — но был уверен, что враги будут хотя бы людьми…

А ещё он вдруг понял, что здесь его не ждёт даже богатой добычи. Потому что если велика и хранит какие-то сокровища, для человека они будут бесполезны — а скорее, смертельно опасны.

Надо было отступать, приземляться, прятаться.

Стены из серого камня поднимались справа и слева, похожие на окаменевшие волны, готовые в любом момент сомкнуться над головой. И сама смерть неслась навстречу.

Ари успело подумать, что так, наверное, будет выглядеть чёрный Сурт, когда двинется с края земли. И люди не успеют ни увидеть огня, ни почувствовать жара, потому что смерть заберёт их раньше. Вот почему Сурта называют чёрным, не огненным.

Но перед ни был не Сурт, а другой великан, обычный.

И Ари пустил лошадь вперёд.

Он летел навстречу живому чёрному валу, словно крошечная стрела.

Хорошо, что его лошадь была из дерева. Живая наверняка бы испугалась и скинула буйного седока.

Великан заворчал — видимо, от предвкушения. Ари даже смог разглядеть его ноги — толстые, еле гнущиеся, они переходили в огромные, как лыжи, ступни.

Ари направил послушную лошадь-лодку прямо в пылающий левый глаз великана. Но чудовище легко разгадало его план. Огромная ручища вырвалась вперёд, брызнув комьями земли.

Великан собирался схватить его и размозжить, как надоедливую муху.

Тень огромной ладони уже накрыла его, когда Ари вдруг прыгнула в сторону, прочь из седла и покатился вниз по каменной великанской шкуре.

Рука великана сомкнулась, но схватила лишь воздух. Лишённая всадника деревянная лошадь-лодочка сразу стала легче, и рванула вверх, словно жаворонок из гнезда. И прежде, чем великан успел сообразить, что случилось, лодочка врезалась ему в левый глаз.

Ари успел скатиться, обдирая локти, на дно.

Он вскочил на ноги и уже бежал, когда истошный рёв ослепшего наполовину чудовища захлестнул расщелину, словно мутный горный поток. Вопль был настолько ужасен, что казалось, будто он толкает сзади и буквально несёт его между тесными голыми стенами.

Но даже с этим подспорьем он бежал недостаточно быстро. По сравнению с лодкой-лошадью, ноги были безобразно медленны и ими нужно было отталкиваться от земли. После волшебного полёта это ни на что не годилось.