Артар #4: Белый тигр

Правый бок тарраска потемнел от крови, однако, судя по диаграмме Ци, ранения у него были пока не особо серьезные. Все-таки очень живучая зверюга. Против него крепкие копья обычно используют — пробуют добраться до жизненно важных органов. Мелкими ранами, конечно, его тоже можно затюкать, как и любого моба — просто истечет кровью. Но тогда это будет о-о-очень долгий бой. Я надеюсь, у Берса все-таки есть какой-то план.

Ч-черт! А рыжий тем временем снова слабеет! Статы снижаются постепенно, будто вода, вытекающая из дырявого кувшина.

Да что ж такое-то?!

Не прошло и минуты, как боец, только что бодро кромсавший зверя клинками, снова начал бегать от противника, укрываясь за колоннами. Движения его становились все неувереннее. Нет, зная Берса, я не думаю, что он испугался. Но с ним явно творилось что-то не то.

Очередной яростный рев тарасска, рывок вперед и…

Толпа взревела так, что я чуть не свалился со своей балки.

Как говорится – есть контакт! Да еще какой. Мощный удар усеянной рогами морды снизу вверх — и Берса подбрасывает в воздух.

Описав широкую дугу, он с размаху валится на песок. Один из хопешей отлетает далеко в сторону. Сам рыжий лишь в последний момент успевает откатиться в сторону, чтобы не быть растоптанным тарраском. Кое-как поднимается на ноги и, шатаясь, бросается к оброненному оружию. Капли горящей крови падают с его груди на песок, оставляя пунктирный след.

Он даже успевает развернуться в сторону чудовища, но вот на контратаку сил не остается. В этот раз противник бьет медленнее, но куда точнее — буквально насаживает его на рога и с разбегу впечатывает в одну из колонн — с мерзким влажным хрустом, от которого дрожь пробегает по хребту.

Кажется, и после этого Берс еще жив, но это уже неважно — вырваться у него уже нет шансов. Толпа на трибунах едва не сметает ограждения. Ор такой, что снова не слышно удара гонга, так что распорядитель дает знак подать повторный сигнал.

Тарраск, утробно рыча, продолжает мутузить останки Берса, таская их по всей арене, будто пытаясь нарисовать огненный узор.

Впрочем, после смерти рыжего кровь его быстро начала затухать, а вскоре превратилась в обычные бурые пятна на песке.

Я поначалу, как и остальные зрители, потрясенно смотрел на беснующееся внизу чудовище. Но потом вспомнил про замеченную в начале боя странность и снова врубил медитацию, чтобы получше разглядеть течение Ци.

Вон он — тот едва заметный шлейф, что тянулся к арене с верхнего яруса зрительских трибун! Он все еще здесь.