Игра на эшафоте. Книга 1 трилогии "Летописец"

— Не стража, так что-нибудь ещё, уж поверьте мне, — пожал плечами Ноэль. — Как и Кройдомы, он честолюбив до крайности. Я пытался с этим бороться — мне это оказалось не под силу. Ему никто не указ, как говорится. Он всегда стремился в столицу, влюбился там в дочку барона Ривенхеда, представляете? — Ноэль слегка улыбнулся. — Ну а с тех пор, как он узнал, что родился незаконным, его как подменили. Только об отъезде и мечтал. Знали бы вы, что он мне наговорил... — Ноэль замолчал.

— Но если бы я не попросила мужа взять его к себе, он бы вскоре одумался.

— Катрейна, — Ноэль с трудом выговорил её имя. — Вы ошибаетесь. Вы тут совершенно ни при чём.

— Как ни при чём? Без меня мальчик не оказался бы среди этой грязи. Я боюсь за него. Иногда он так похож на тебя, что я не понимаю, как он может смотреть на все эти ужасы. Он ведь был в Залесском монастыре, когда умер настоятель Родрик Ривенхед, он видел убийство Диэниса, казнь Оскара Мирна... — Катрейна решила высказать всё, что её пугало: — Айварих знает, кто его мать, да и Крис Райгарда не любит.

Не дай Бог, что-нибудь произойдёт. Сейчас такие ужасные времена, Ноэль, ему нельзя там находиться. Я пыталась убедить его уехать, я просила Алекса помочь, но он сам не в лучшем положении. Бедные дети пока не представляют, как страшен мир, в который их привели взрослые.

— Тогда мы сами были детьми, — возразил Ноэль, — хотя это не оправдывает меня. Если бы не я, Анна вышла бы за другого...

— Как Рижитта?

Ноэль промолчал.

— Ты помнишь, что случилось с Рижиттой? — настойчиво спросила Катрейна.

— С её мужем и сыном? Напомнить, что с ними стало?

— Я помню, — едва слышно выдавил Ноэль.

— Очевидно, недостаточно хорошо помнишь. Они поженились, у них родился чудесный мальчик, и всех их однажды растерзали на пустынной дороге. Их убийц не нашли. Война, что поделаешь, говорил Айварих. Сам он праздновал победу, а я даже не смогла приехать на их похороны, — Катрейна чувствовала, как слёзы текут по лицу. Маленькая, дерзкая, упрямая Рижитта, единственная дочь Эйварда.

Ей было всего двадцать, она так любила жизнь! — Катрейна зарыдала и присела на диван.

Ноэль, постояв, нерешительно подошёл к ней и прикоснулся к плечу. Катрейна схватила его руку и притянула к груди с такой силой, что ему пришлось сесть рядом. Она обняла его, не пытаясь взять себя в руки. С ним она не боялась казаться слабой. Когда-то она силой вынудила его принять тяжёлое решение, пусть теперь он поймёт, что это была не сила, а страх и слабость.