Норвуд

— Метка совсем невелика, но достаточна, чтобы настоящие тёмные твари чувствовали её и не нападали, — ответил Бернард Глен и посмотрел сначала на мастера Фонтена, а затем на особняк бургомистра. — Конечно, это касается только тех, кто сохранил разум. Как поведёт себя изменённое тьмой существо предсказать нельзя — может быть, оно не тронет его, а может, наоборот, посчитает главной добычей...

Сумрак на улицах становился всё плотнее, хотя солнце ещё не опустилось за горизонт — сказывалась высота домов. Пусть городок у нас небольшой, но близкие каменоломни позволяли отстраиваться с использованием этого прекрасного материала.

— Думаю, мы оставим допрос этого человека на потом, раз уж он всё равно ничего пока не говорит, — сообщил господин Глен, ловко обшаривая пленника в поисках оружия.

В сапоге мастера Фонтена нашёлся небольшой стилет, который интерфектор просто отбросил куда-то далеко в сторону.

Закончив с обыском, мы подошли к невысокой оградке особняка и господин Глен, который, оказывается, обладал изрядной силой, с лёгкостью перекинул пленника через неё. Я же перелез самостоятельно.

— Господин Глен, — я припомнил о своём желании попросить Клинок, — раз уж вы не изволите использовать в битвах с порождениями зла весь арсенал уготовленного для такой благой цели оружия.

Не знаю, почему из меня вдруг полезли эти витиеватости, наверное, от волнения, но я сбился и запутался в собственных словах, не сумев окончить мысль. Однако интерфектор понял и так.

— Нет. Оружие не дам. Тем более Клинок, — он говорил короткими рублеными фразами.

Я, конечно, расстроился, но виду не подал. Раз не положено свидетелю оружие, то и не надо.

Трёхэтажный дом с большими застеклёнными окнами имел несколько входов, но ближайший был закрыт, а тратить время на поиски других Бернард Глен, видимо, не хотел. Как следует размахнувшись, он засадил локтём по дорогущему стеклу и сразу же ринулся внутрь.