Левиафан. Проклятые земли

Лейв тем временем прошелся по дому и остановился у очага, чуть в стороне. Он не доверял старику и его взгляд продолжал шарить по помещению в попытке найти что-то, что подтвердило бы его смутные подозрения.

– Тогда другой вопрос, – Аудун сделал шаг по направлению к эрилю, который продолжал копошиться в разложенных на столе травах. – Ты поможешь?

– Помогу, отчего ж не помочь, – прохрипел Фроуд. В принципе, другого ответа Аудун не ожидал, но по необходимости был готов применить любые методы воздействия.

– Помогу, помогу,– продолжил бурчать старик.– Помогу этой земле. От тебя, выродок, избавиться!

Он развернулся с невероятной скоростью, которую просто не мог иметь человек его возраста. Аудун успел среагировать, он инстинктивно отступил, хватаясь за рукоять клинка, но этого было недостаточно. С выброшенных прямо перед собой рук эриля сорвалась травянистая труха, которая еще в воздухе, повинуясь воле шамана, облеченной в пару коротких слов, превратилась в жидкое пламя, вспыхнувшее точно сотня солнц.

Аудун просто не успевал увернуться от конуса огня. Зато успел Лейв. Эриль, который все это время был на стороже, сорвался с места и бросился в пространство между Фроудом и конунгом. Колдовское пламя взорвалось, коснувшись тела молодого шамана, трескучей волной отскочило от него и врезалось во Фроуда, расплескивая вокруг жалящие искры. Старика отбросило на стол, он дико зарычал, свалился на пол, стал перекатываться в попытке сбить огонь, который лишь расплескивался вокруг.

Аудун без лишних раздумий схватил Лейва и выбросил его в раскрытую дверь, а потом сам устремился за ним. Проливной дождь, в который превратилась легкая морось, в считанные мгновения сбил чародейский огонь. Парень лежал на спине, конвульсивно дергаясь, будто его тело раз за разом прошибал удар молнии, и тихо постанывал.

Аудун упал перед парнем на колени.

– Лейв, – прошептал он, глядя на изувеченное тело. Огонь пожрал всю одежду на груди шамана и превратил плоть под ней в месиво из окровавленных лоскутов. Лицо эриля было обожжено самым ужасным образом – губы исчезли, их место заняли два выпуклых шматка пузырящейся крови, щеки, нос и лоб будто пропустили через мельничные жернова, половина волос обуглилась, даже уши парня оказались сильно повреждены, из них шла кровь.