Левиафан. Кровь Ангелов

– Ведь он не виделся с Мидасом с тех пор, как сделал его «подобным богу»! Насколько я понял, в происшедшем не было его вины, так почему он не встретился с ним? Почему не объяснил?

– Потому что ему было не до Мидаса, – ответил Тот. – Он оказался первым из нас, кто почувствовал неладное. В тот самый момент в этот мир пришли Иные Боги. Они еще не выступили в открытую, просто разведывали, готовились к вторжению. Дионис понял это и пытался предупредить остальных, но ему никто не поверил. Думали, древний бог совсем выжил из ума, он в последнее время слишком злоупотреблял своим варевом.

– И он отправился к ним, в одиночку, – голос бога войны звучал непривычно тихо. – Намеревался договориться с ними, либо вернуть их туда, откуда они пришли. С тех пор его никто не видел.

– Но… Мидас ведь не знает об этом, – Карн звучно выдохнул. Опять Санта-Барбара! – И никто ему до сих пор не сказал?

– На тот момент любому из нас было опасно к нему приближаться, – ответил Эрра, рисуя пальцем замысловатые узоры на крышке стола.

Повисло неловкое молчание.

– Ладно, – Карн первым осмелился нарушить застоявшуюся тишину. – Сейчас не лучшее время, чтобы разбираться в этом. Главное, что он с нами.

– Верно, – Тот внимательно посмотрел на парня. Что-то было в его взгляде, что-то выискивающее. Будто бог мудрости увидел старого друга, но никак не мог узнать его.

– Забавно, что ты спросил! – удивился парень. – По пути в столицу со мной в купе действительно ехал странный тип. Мы с ним изрядно поднакидались…

И он рассказал им о Салаве. О пьяных разговорах и о том, как его удивительный попутчик покинул поезд весьма неординарным образом.

– Он крикнул мне «Передавай привет моему названному братцу» и спрыгнул с поезда, хлопнув дверью. Замок сам защелкнулся, я даже подошел проверить, – закончил Карн свой рассказ.

– Вот хрен шакала! – выругался Тот. – Карн, это был мой брат, Сет. Он исчез лет триста назад. Все думали, что Иные убили его, как и Гора. Как и Маат, и еще многих других богов из этого региона. Он ничего тебе не давал?

– Вроде ничего, – Карн задумался, вспоминая. – Хотя после него в купе осталась газета и вот этот карандаш! – он извлек из кармана писчую принадлежность.