Искоренитель

– Пр-р-р! – Колосс податливо остановился. – Успокойся, солдат. Искоренитель я, из Верхоречья.

Рассмотрев нашивку на епанче и внимательно озирая моё недурственное снаряжение, военный вроде бы утих:

– Из тамошнего приората надо полагать? По какому делу?

– По личному. Мне Ефимия нужно, командира вашего.

– А, вероятно проказу вычленить? Да ведь только тут врачевателя толкового надобно, а не охотника на тварей всяких! Тьфу ты! – негодуя, мужик словно разочаровался в стратегии своего командования. 

– Язык прикуси! – я озлобленно обнажил меч, готовясь в таран брать негодяя.

На шум перепалки из церквушки народ вывалил, клинками оголёнными размахивая. Во главе гурьбы стоял крепкий мужичина лет сорока в плаще пунцовом: высокий, с тёмной бородой, грубым овалом лика да шрамом свежим, заштопанным, по-видимому, наскоро, причём малоискусным лекарем.

Статный незнакомец приказал отряду оружие опустить, направляясь ко мне. По выправке, уверенному шагу, взгляду суровому, который отражал ответ на мой вопрос, стало ясно, что это и есть тот самый офицер.

Я спешился, хватая встревоженного Колосса за столь опостылевшие ему уздцы, и кивнул приближающемуся вояке, протягивая свободную руку:

– Вечер добрый! Ну и забрались же вы….

– Добрый. Не ожидал, что так скоро с вами свидимся – офицер пожал ладонь. – Стало быть, вы и есть Мстислав? Признаться, немногим иначе старшего искоренителя представлял!

– Дотошным старикашкой с походной тростью да в окулярах? – мне довелось съязвить.

Ефимий приподнял бровь:

– Хм, пожалуй.

– Говоря честно, я и сам вас только на картине то и видел!

– Давайте-ка лучше мы время делу уделим. Прошу! – служивый как будто улыбнулся и указал на церковь, попутно отдавая распоряжение, дабы коня моего пристроили с дороги.

До сего момента бывал я в Вересковке лишь раз, да и то в подпитии изрядном по делам скорее плотским, ежели долгу искоренителя: мы с тогдашним главой ордена – Ростиславом, о девках гулящих прознали, и вечерком решили нагрянуть к ним в объятия теплые, чтобы душу усладить.

В Сучьях мы, близ Вересковки после заказа выполненного передыхали.

Вылакали, значит, с пол бадьи наливки, отчего к плечу женскому и захотелось. Ростислав как раз о бабах вспомнил, что под Вересковкой, и кинулись мы в омут с головой.

Дни в ту пору жаркие стояли, и коней своих на пять вёрст гнать по пеклу нам конюх не посоветовал. С досады пару незнамо чьих скакунов заарканили, узду умыкнули да без сёдел к Вересковке.