Ненависть 2. Другие Миры

Ненависть 2. Другие Миры

Савельев Артём

Глава 1. Пробуждение.

Я сидел с Алисой в самой высокой башне замка Ищущих. Мы болтали и любовались пейзажем. Яркий багровый диск медленно заваливался за горизонт, а лёгкий ветерок трепал её рыжие пряди, срывая с них едва ощутимый запах обезоруживающего парфюма — явно не рядовой аромат масс-маркета, а что-то неприлично дорогое. Из сада доносился звонкий детский смех. Умиротворение. Спокойствие. Прекрасный сон, который прервал очередной укол. 

Игла проткнула кожу и оставила после себя жгучее ощущение в бедре.

Свет, который теперь резал глаза даже сквозь закрытые веки, выключили. Хлопнула дверь. За ней послышались торопливые гулкие шаги. В палате кто-то недолго копошился, но быстро успокоился. 

Раздался протяжный раскатистый храп. Уснуть я уже не мог. Медленно потянул руку к перевязанной голове и смахнул с носа кончик повязки. Потревожив пустой катетер в вене, поморщился от приступа боли и ощупал грудь — бинты туго стягивали грудную клетку.

И, видимо, не зря: моя попытка глубоко вздохнуть отозвалась резкой болью в рёбрах. Лангетка на левой ноге фиксировала суставы вплоть до колена, а ступня была вытянута, как у профессиональной балерины.

Я открыл глаза. Медленно покрутил ими из стороны в сторону, но никакого интерфейса не обнаружил. Неужели это была просто моя больная фантазия? Стадии отрицания, гнева и торга прошли, когда я находился в кромешной тьме. Сейчас же меня переполнял ужасный коктейль чувств: бессилие, обида с лёгким привкусом злости и отчаяния.

 

Фонари за окном медленно тускнели в свете поднимающегося солнца. Я подтянулся и устроился полулёжа на подушке. Три койки у противоположной стены и столько же у моей. В каждой из них спокойно посапывали укутанные в одеяла тела. Лишь одно из них, лежащее в углу помещения и выдававшее серенаду раскатистого храпа, лежало не накрывшись, с задранной вверх загипсованной ногой на вытяжке. 

— Всё-таки больница, — тихо произнёс я вслух, сполз пониже и накрылся с головой белым одеялом.

— Твою же мать, я в больнице!

Спустя примерно час, дверь распахнулась и громкий женский голос оповестил, что через полчаса завтрак. Из коридора в оставленную открытой настежь дверь лилась мелодия из звона железных кастрюль и чьей-то болтовни. Народ в палате зашевелился.

— Опа, смотрите, коматозника привезли, — слева от меня раздался весёлый мужской голос.

— Я же говорил тебе, что это никакая не кома.