Небо нас ненавидит

Чаша больше не горит, потому что из неё вылупилась птица… огненная птица.

Что стало с огненной птицей? Кажется, он её убил. Или он убил другую, а эта ещё летает… Надо найти эту птицу, остановить её. Мало ли, куда она залетит… в такую ночь.

Юноша разлепил тяжёлые, словно налитые свинцом веки. Сначала он увидел только багровый мрак, где таяли галлюциногенные образы. Потом схлынул и мрак. Квендульф увидел незнакомую просторную комнату со знакомыми серыми стенами. Пригляделся и заметил, что комната - круглая.

Форма комнаты была ему знакома.

Похоже, он снова оказался в той же башне, где его уже допрашивали, - но теперь на другом этаже.

Квендульф поднялся, оглянулся. Две полоски засохшей крови темнели у изголовья лежанки.

Он попробовал встать. Суставы еле работали, мышцы отчаянно ныли, избитое лицо застыло резиновой маской. Квендульф коснулся лица пальцами, - и почувствовал пальцами засохшую кровь. А вот лицо ничего не чувствовало.

Но он мог стоять и, похоже, ему ничего не сломали. Ему повезло, избиение было больше ритуальным.

Он мог ходить - это уже хорошо. А вот куда ему идти - было неясно.

За узкими окнами-бойницами была ночь, и только на одной их стен плясал огонёк небольшого светильника. С другой стороны, за спиной Квендульфа, была прочная дверь из чёрного дерева. Юноша решил, что она скорее всего заперта.

Но решил проверить.

Подошёл ближе, протянул руку - и не успел.

Дверь отворилась сама. На пороге стояла незнакомая деваха, такая высокая, что ей пришлось нагнуться, чтобы войти.

Квендульф узнал её сразу - это была та самая грозная дева, что нашла у него чужой меч. Вблизи она казалась такой же грозной, как и там, под Красным Дворцом.

Здоровенная, светловолосая, прекрасная, как вспышка молнии, с длинными, волнистыми волосами, светлыми, как свежие сливки. Холодные глаза, казалось, смотрели в самую душу. Одета так же, как и прежде - в мужскую кавалерийскую форму, с настоящим мечом в вышитых серебром ножнах.

А ещё он разглядел, что она примерно его лет. Просто за счёт роста и оружия она выглядела старше.

Квендульф вежливо отступил и даже отвесил поклон - насколько это было возможно в его состоянии. Он не был пока уверен, в какой степени она ему враг - но мама учила быть вежливым даже с врагами.