Варленд в огне

Большую, просторную. Хочешь через плечо вешай, не спадёт, а хочешь на сумку походную прилаживай или к седлу.

Чини избрала третий вариант. И теперь гордо наблюдала за округой с коня вождя. С воеводой ехать побаивалась. Всего пару дней, как в седле. Со скакунами с детства не дружил и готов был хоть пешком идти, уж настолько голова тревожила. Но Чини стояла на своём – не успеют и всё тут. Собранные в дорогу вещи, провизия и оружие едва на конях у сёдел уместились.

Споря с неумолимой Чини, Северный орк заставил себя залезть на лошадь, предварительно тепло попрощавшись с матерью.

– Мы вернёмся через четыре-пять вёсен, почтенная Ветошь, – сказал и Андрен на прощание. – Следи за кланом, мать орочья. Не допускай распрей. В доме моем Девона за главную, тут уж не взыщи. Её право, но и спуску ни ей, ни Деборе не давай. За стариками присматривай. А то наруководят, «голосов богов» в голове наслушавшись. Молотобоец как в поход идти надумает, напоминай, что границы все наши, что решето. Пусть ими по первости занимается.

Кивнула Ветошь. Грок помахал ей рукой, первым тронул поводья, пустив послушную степенную лошадь в дорогу первой. А почуяв её, и конь тронулся вслед, но появился Шаман у калитки, протянул последний дар.

– Постойте. Возьмите стеклянный шар. Не в дорогу, но через него связь держать будем. Он не простой. У меня есть такой же. Они с одинаковыми рунами. Один мастер ладил, не чуждый до магии. Мы всегда можем вызвать друг друга. Свечу напротив зажги, да меня представь, он и свяжет.

– Орб так орб, Шаман. Через потоки эфира связывает. Вещь годная, – легко согласился Андрен и закинул подарок в заплечный мешок. – Не прощаемся! Клану по первости скажете, что по делам мы уехали важным. А как роптать начнут, где вождь и воевода, так всю правду скажете, что сильнее стать хотим и править разумно. Потому учимся. Каждый пусть начальный курс в школе освоит. Того жду от соклановцев.

Лишь к обеду оба наездника сделали первый привал и к еде притронулись. Молчали всю дорогу.

– Так что же, брат? Как дела в племени троллей? Как живут?

– Как раньше жили, теперь им не жить, – буркнул Грок, пожевал хлеба, запил водой. – Но имена у них чудные. И мужчин, и женщин зовут безлично. Потому Сумрак дева, а есть мужчина Смородина. Я смеялся так, что в реку меня обещали сбросить. А потом ещё два раза утопить и закопать, когда палку-копалку за золото у детей сменял.