Тайная Служба


Вскоре появился глава Тайной Службы, мастер Дециан. Преклонных лет, но крепкий, как дуб, он красуется шрамом через глотку, от уха до уха. Никто не знает, где и когда он им обзавёлся. Расспросить же не хватает смелости. Старик имеет манеру общения, состоящую из рапортов и приказов. Всё, что выходит за пределы — прекрасный повод для дисциплинарной кары.

Памятуя это, я доложил всё, что знал. Лаконично в меру сил.

— Ты заходил внутрь? — Выслушав доклад, спросил Дециан, скребя шрам указательным пальцем.

— Никак нет, господин.

— Ага, ну, раз ты тут был первый, то и поведёшь группу на разведку.

В центре улицы воздвигли тент, где в свете ламп группа чёрных плащей рассматривает карту района. Особую, самую подробную, которая есть только у Тайной Службы. По взмаху командующего двое отделились и подошли.

— Кирас и Верлонд, пойдёте с Вираном.

Никто даже не подумал снять труп с ворот, и я не могу их за это винить. Створка поддалась с трудом и распахнулась внутрь. Скрип петель пробился через шелест дождя не хуже звона колокола.

Я застыл, напряжённо вслушиваясь в темноту, ничего. Кирас прошёл мимо с фонарём в руке, благоразумно сторонясь мертвеца. Черви, высунувшиеся из носа и рта, потянулись следом. Несколько выпало на мокрый камень.

Квартал тревожно тих. Луч фонаря скользит по стенам и чёрным окнам. Звук шагов теряется в шуме воды, бегущей в желобах на крышах. Мы остановились у дома гильдии: трёхэтажного особняка из дикого камня. Стены оплетены вечнозелёным плющом, а над входом висит вывеска.

Я толкнул дверь остриём меча и осторожно шагнул внутрь. Остановился на пороге. Зал разгромлен, как таверна после попойки наёмников. Только вместо пива пол залит кровью. Однако ни одного тела нет.

Мы прошлись по каждому этажу, встречая распахнутые двери. Следы борьбы и кровь. На втором дверной косяк одной из комнат почти вырван. На дереве остались следы ногтей, вместе с парочкой из них.

— Какого здесь произошло? — Прошептал идущий слева от меня Кирас.

Верлонд, идущий справа, промолчал, но выражение лица более чем красноречиво.

Комната за комнатой, дом за домом. Мы обследовали всё, кроме центральной башни, что арочными переходами объединяет часть домов. Попытались пройти по одному из них, но двери заперты изнутри.

По пути к башне внимание привлёк канализационный сток у стены. Решётка разворочена, прутья частично вырваны, частично согнуты. На обломанных концах темнеет кровь и клочья одежды.

— Замечательно, — пробормотал я.