Ведьмак в теле Маркиза

Наружу выглядывало лишь несколько прядей, которые касались её щёк. Кожа девушки казалась бледной, будто давно не видела солнца. Её голубые глазки, полные замешательства, смотрели на меня, лежащего на полу.

— П-прошу прощения, милорд, — тихо произнесла брюнетка в лёгком поклоне. — М-мы пришли убраться в вашей комнате.

Рурик кивнул им, и девушки тут же принялись за дело. Они быстро и ловко вытирали полы и мебель, убирая пыль и грязь. Я наблюдал за тем, как они работали. Часть меня не доверяла мадам Тревис. Вдруг она послала их, чтобы девицы что-то украли или подбросили, что забрали?

Рурик периодически перетаскивал меня, чтобы девушки могли везде убраться.

Девушки постоянно извинялись, опустив головы, каждый раз, когда проходили мимо, стараясь не причинить неудобств.

— Милорд, простите нас… — в который раз произнесла брюнетка, когда подошла ближе.

— Как вас зовут, — спросил я, и девушки застыли.

— А? М-меня зовут Эмилия, милорд, — ответила она, прижимая к груди тряпку.

— Меня Анна, милорд, — тихо сказала блондинка, не поднимая глаз.

— Спасибо, Эмилия, Анна. Продолжайте, — кивнул я, и девушки, отмерев, продолжили работать.

Когда уборка завершилась, девушки принесли большую деревянную кадку. Рурик помог мне перелезть туда и осторожно снял с меня одежду. Эмилия и Анна периодически бросали взгляды на моё обнажённое тело и заметно краснели.

Когда они подошли ближе, начали аккуратно мыть меня, стараясь не задеть раны и повреждения.

Старик постоянно стоял рядом и контролировал каждое их действие, так что я позволил себе расслабиться. Закрыв глаза, занялся подготовкой к исцелению.

После того как девушки вымыли меня и помогли выбраться из кадки, почувствовал себя обновлённым. Эмилия и Анна, вспотев от напряжённой работы, скромно поклонились и направились на выход, оставив за собой тонкий аромат женского тела.

Хотя мне было неприятно ещё раз залезать в кошелёк Рурика, но я всё равно попросил дать девушкам немного денег, пока они не ушли. Слуга недовольно сморщился, но всё же достал несколько монет.

Девушки, увидев деньги, взбодрились, с радостными улыбками приняли их и забрали большую часть моих грязных вещей с собой, чтобы постирать.

— Вот же юные вертихвостки, — пробурчал старик хмурясь.