Право на мир

Найджел еще с полудня отметил, что начался пологий подъем. Но прошло немало часов, прежде чем они достигли вершины огромного холма. Ельник разошелся в стороны, и с высоты путникам открылась панорама города Северный Торен.  

В прозрачном предвечернем воздухе отчетливо виднелась россыпь красных черепичных крыш. Каменные утесы домов, стоящих стена к стене, складывались в плотные блоки жилых кварталов, прорезанных нитями узких улочек, тут и там виднелись проталины малых и больших площадей, а над всем этим возвышался потемневший от времени и непогоды медно-кирпичный шпиль ратуши в центре.

Подернутые дымкой пригороды удивляли количеством труб, из которых струился дым – такое число производств и мануфактур сделало бы честь любому крупному городу. 

- Большой город! – отметил гном. – И это же надо, в такой-то глуши – почти у самого Северного моря!

- Да, большой город, - согласился Брайли. – Уж точно больше Лансваля! Да и Дайтону вряд ли уступит. 

- Ох, и денежки здесь хорошие крутятся! – покачал головой Фрейнур.

- Это я вам точно говорю! Для людей мастеровых да торговых в таких местах раздолье! Рыбу ловят, янтарь добывают, лес заготавливают… это ж на одних топорах да пилах и обручах бочарных разбогатеть можно! А каминные решетки?! Вы только посмотрите на лес каминных труб! Это ж сколько им кузнецов требуется? Какое богатство! 

- Надеюсь, при таком богатстве у них найдется приличная гостиница. – Найджел тронул поводья, направляя пуантенца вниз по дороге.

Отряд потянулся следом за командиром.

 

Пригороды являли собой скопление ремесленных строений, большей частью одноэтажных, сложенных из мореного бруса и темно-красного кирпича. Отовсюду слышался шум воды, свист пара и стройный стук молотов. Из-за особенностей климата в городе зимой пили особенно много перегонки, поэтому тут и там степенно дымили трубами маленькие винокуренные заводики.        

Путники ехали дальше, и звуки становилось тише, дорога превратилась в мостовую, а дым из мастерских уже не так щекотал в носу.

У деревянных ворот с будкой привратника собственно и начинался город, отделенный от пригородов доходными домами. 

На улицах было полно народа. Горожане, в массе своей неброско, но добротно одетые, всем своим видом выражали достаток.  

Солидные дома из дикого нетесаного камня были двух, а местами и трехэтажные, в глаза бросались высокие каминные трубы. Двери и ставни на массивных кованых петлях были непременно из широких дубовых досок.