Наследник

Девушка стряхнула руки дядьев и ринулась следом.

— Эй, чего замолчал? Стыдно? Можешь извиниться. Впрочем, я уже поняла, что извиняться у принцев не принято.

Внутри было тепло и влажно. Забулькала вода, подступая к коленям, никто не понял, как и когда каменные плиты вдруг обернулись неглубоким бассейном, как и когда стены здания растворились в клубах пара.

— Это уже не Термы, — сказал Амитрэй.

— Термы. Просто это другие Термы, — отозвалась Аэлия. — Думаю, Магон и Бустал тоже получили по кусочку ада. Я же говорила, город живет в двух мирах одновременно.

Амитрэй поморщился. Рассказы девушки усложняли привычную картину мира и раздражали. Он хотел просто прийти и убить всех. Вместо этого все оказывалось непросто, все было не тем, чем выглядело.

— И где его теперь искать?

— Не знаю. Наверное, он сам найдет тебя.

— Понятно, — буркнул он, хотя, конечно, ничего понятно не было.

— Ну, мама догадывалась о чем-то, но и она не могла все знать. Она не жрец Бэла, в конце концов.

— Держитесь рядом, но не слишком, — сказал Амитрэй. — Когда начнется, не лезьте под меч. Просто добивайте раненых.

— Хорошо бы, чтобы и вовсе не началось, — заметил Руфин.

— Уэм хоэо бы, — отозвался Блан.

Из глубины парового тумана донеслись всплески воды. Амитрэй вскинул руку и сделал шаг вперед. Если верить звукам, из бассейна выныривало нечто тяжелое, и плюхалось обратно в воду. Один, второй, третий… На втором десятке он сбился со счета.

— Демоны, — прошептала Аэлия.

Амитрэй хотел усомниться, мол, каким образом из мелкого бассейна могут лезть демоны, но не стал. Девушка опять могла начать кричать про «тупицу». Ему было, в общем, все равно, но выслушивать это сейчас было ни к чему.

Всплески приблизились, а затем из клубов пара выметнулись чешуйчато-перепончатолапые твари. За годы странствий Амитрэй не раз уже встречал демонов, обитавших в воде. Все они, как и положено этим проклятым бестиям, отличались уникальными чертами.

Распластав первую пачку, Амитрэй понял еще кое-что. Привычные ему демоны, сохраняли индивидуальность не только внешне, но и внутренне, сообразно характеру того человека, которым они были. Конечно, собираясь в стаю, они неизбежно глупели, но все-таки старались биться с умом — заходили сбоку или сзади, пытались как-то хитрить.