Купец III ранга

Крайний раз я получил за того пацана целый ранг!

— Как вариант, — согласился Шуйский, — Тогда поступим следующим образом…

В этот момент Губанов понял – или сейчас он что-то предпринимает, или его дни действительно сочтены.

— Господа! — голос статского советника дал петуха, но Аристарх Петрович тем не менее продолжил. — Клянусь, — он резанул ледяным клинком правую ладонь, — я лично уничтожу пробудившегося!

— Вот ведь сученыш! — выругался граф. — Клятва на крови!

— Хм, — Шуйский посмотрел на Губанова новыми глазами.

— Ваше сиятельство, Алесей Семенович! Позвольте мне послужить Империи и покарать пробудившегося!

— Алексей, пробудившийся мой! — прорычал Галицин. — Этот сопляк, — он метнул в Губанова гневный взгляд, — сделает все, чтобы покрыть недостачи! Мы оба знаем, зачем он нужен канцлеру!

— Мы все тут не без греха, — Шуйский с намеком посмотрел на Галицина, и граф тут же сдулся. — И этот сопляк, как ты говоришь, в отличие от некоторых не болтает и идет до конца.

Галицин, сообразив, что он только что наговорил, побледнел.

— Когда встает вопрос о безопасности Империи, — голос главы СИБ превратился в лед, — нет места дружеским симпатиям и родственным связям. Есть только интересы Империи!

То ли Шуйский действительно так считал, то ли работал на образ рьяного защитника Империи, но так или иначе его речь выглядела внушительно.

Аристарх Петрович даже внутренне восхитился тому, как князь всего парой фраз умудрился выставить себя в белом свете.

Но следующие слова главы СИБ поразили статского советника в самое сердце.

Они же, впрочем, дали ему и надежду.

— Вы оба отправитесь на поиски пробудившегося, и тот, кто первым принесет его голову, получит очередной ранг и личную благодарность императрицы!

Учитывая, что за каждый последующий ранг, начиная с десятого, даровали солидный участок земли в потомственное владение, награда была более чем достойная.

Не говоря уже о ранге и благосклонности императрицы!

— Ну а тот, кто не справится, потеряет один ранг и будет отдан на растерзание отделу аудита.

Потерять один ранг при дворе было равнозначно вечному позору и отлучению от общества. Того, кто не справится ждала, как минимум, отставка, а как максимум, учитывая обещанный аудит, каторга.

«И ведь действительно, — подумал Губанов. — Пан или пропал…».

— Судя по интенсивности огонька, пробудившийся недавно получил второй ранг.