Варленд: Наследие

Маской дважды не обмануть. Просто делай своё дело.

– Я… – князь прервался, понимая, что дальнейшие слова действительно бессмысленны.

Губы задвигались, продолжая заклинание, откопанное в глубине памяти Фолиана.

«Надо отключить мысли, чувства и провести ритуал как положено».

Попутно с обретением контроля над собой, приходилось переставлять с ног на голову заученные на зубок в своём мире магические схемы. Этот мир словно был отражением на водной глади. Суть магика использовала эфир. Приходилось отказаться от этой роли и стать антимагиком, чтобы влиять на антиэфир, заглядывать в тень.

Приходилось стать князем-некромантом, забывая, что значит быть князем-магом. Приходилось отказаться от прошлого, чтобы выжить в настоящем.

Совсем не просто было концентрироваться на обратном от «разумного». В сложном переплетении волшебного действа разум паниковал. Он старался вернуть всё в привычный, понятный ему «порядок». И сердце болело. Душевная боль не уходила, лишь накапливаясь внутри. Чувства никак не мирилось с утратой.

Мысли путались, множа неблагоприятные факторы, но ритуал уже начался. Не прервать. Сколько дней подготовки пойдёт прахом, если всё остановить? Да и не это самое важное. Андрена больше беспокоило, что Грока может не хватить на следующую попытку – тает на глазах день ото дня.

Грок рванул на себе рубаху и взошёл на вторую плиту. Без сомнений лёг среди камней, раскинув свободно руки. Плита воспарила под своды, возвышаясь на один уровень со второй плитой.

Где парит душа, там и телу быть.

Андрен отныне смотрел на плиты снизу-вверх, но видел не глыбы камней, а всё те же трехцветные глаза Варты. И бесполезно – моргай, не моргай. Они не уходили. А вот сосредоточение уходило. И плиты, воспарив на десятки локтей в обрамлении вспыхнувшего света алых камней, затрясло.

«Сосредоточься!»

Круг некромантов, обеспокоенный вибрацией камней, усилил энергетический нажим, давая маны больше необходимого. Андрен ощутил прилив сил.

Но что силы, когда ответственность переплетается с болью потери? Что это поддержка, когда в голове сидит заноза, что НИЧЕГО не смог сделать, когда брат терял любимую, когда сам позволил себе умереть, умертвив и вторую половину? Почему он – причина их боли?

«Так на кого злость? На молодого императора, который оказался рядом или на самого себя? На свою слабость с самое неподходящее время? Мог ли я позволить себе быть слабым?» – ворвалось в сознание, возобновив внутренний диалог.