Дождливый лес

— А ну-ка я тебе сейчас сто плетей всыплю, а?!

Но мне уже терять было нечего, я только пожал плечами и стал прихлебывать остывающий кипяток.

Судя по всему, деньги сэру Мартину действительно нужны, и приказ Большому Горру он дал весьма определенный. Потому как тот злобно крякнул и замолчал на пару минут, пожирая меня глазами. Потом сел на место и сменил гнев на милость.

— Ну как я тебя такого мокрого и грязного сэру Мартину покажу? Посиди пока, обсохни. Тебе и поесть нужно чего, а то будешь думать не о деле, а о еде.

А ну-ка принесите поесть чего-нибудь побыстрее! — крикнул он солдатам.

Один из них вышел и быстро вернулся с тарелкой каши и большим куском хлеба. Я зачерпывал хлебом кашу и ел, ел, ел! Я и сейчас могу поклясться, что ничего вкуснее ее никогда больше не пробовал.

Большой Горр несколько раз пытался вернуться к теме золотых, но с ним разговаривать не имело смысла. Пусть ведет к сэру Мартину, там у меня еще есть шанс.

VI. СЭР МАРТИН

Меня вновь привели в приемный зал. Но на этот раз сэр Мартин принял меня без жены и сидел в кресле с большим кубком, вытянув ноги к камину.

— Садитесь, — не оборачиваясь показал он на соседнее кресло, а потом коротко скомандовал охраннику:

— Вина!

Тот налил еще один кубок и передал его хозяину. Какое-то время он молча держал в каждой руке по кубку, как бы раздумывая из которого пить. Потом протянул один мне.

— Выпейте, сэр Рослин. Это отличное вино из запасов моего отца, я берег его для особого случая.

Я сделал один глоток и поставил кубок на подлокотник кресла.

Вино действительно хорошее. Но пить я его сегодня не стану. И совсем не потому, что оно может быть отравленным: у сэра Мартина целый арсенал средств убить меня намного более простым способом. Но, опьянев, я могу упустить свой шанс выбраться отсюда живым. И другого у меня больше не будет!

Сэр Мартин весело улыбнулся:

— А ведь вы правы, черт возьми! Без вас я бы действительно нацепил кольчугу и наверняка сразу же погиб. Можно считать, мы квиты.

— Нет, сэр, — вежливо возразил я, — я по-прежнему виноват перед вами и не было ни одного дня, когда бы мысли об этом оставили меня хоть на минуту.

Толстяк довольно кивнул, и я понял, что угадал с ответом.

— И как вы собирались со мной рассчитаться? — внимательно спросил он.

«Вот он, шанс!», — подумал я.

— Эти крестьяне решили сдаться властям, сэр, — сказал я, стараясь говорить, как можно спокойнее, — потому что за добровольную сдачу королева пообещала прощение.