За туманом времени

Хотя точно видел, что он одним ударом уложит меня между сидениями.

Но, что – то человеческое зашевелилось в нём.

Увидев невысокого, седого мужчину, который отважился стать на его пути, и посмел оскорбить.

Замявшись, ошарашенный он изрёк:

– А, что Я???

– Матом не крой. Оглушил. Не даёте никому покоя. Ругаешься хуже сапожника.

Парень, как бы сжавшись, неуверенно махнул рукой и пролепетал:

– Да иди ты…

И вместе с другим парнем, молча, уныло поплелись на свои места.

В вагоне установилась гнетущая тишина.

Но продолжения не было, и мы спокойно до Москвы.

На Электрозаводской, я вместе с всеми выходил и подумал. Что может быть сейчас догонят меня парни, и намнут мне бока.

Но, нет. Они не стремились нагнать, и проучить ершистого деда.

Я подумал, что хоть какую -то лепту внёс в культурное наследие народа. Меньше станут ругаться, а то и так дряни хватает.

Но, вот в Питере появился оголтелый артист, «эквилибрист» – Шнур.

Поливая матом, под музыкальные аккомпанементы, собирал залы.

А потом «сердобольные люди» переманили его в столицу, где он продолжал поливать всех «матерком» с ветерком.

Да, напрасно я пытался улучшать культуру, и лезть со своим мнением на пролом.

Ведь, теперь такие, как Шнур перешнуровали Россию.

О какой культуре может идти речь.

За ним потянулись уж и Моргенштерны, которым на всех и всё плевать.

Им бы миллионы зарабатывать, и пусть молодёжь тупеет.

Ведь им хорошо, даже банки их спонсируют.

А мы то, только мечтаем о культуре, и о чистоте русского языка.

Но за это же не платят.

Мечты остаются мечтами.

Комары и мошкара

Комары и мошкара

Веселятся до утра.

Кровь зверушек всех сосут,

Припеваючи живут.

Но, однажды в их края.

Что кишат от комарья,

Занесло к ним паучка,

И не ведали тогда,

Что сеть ткёт тот паучок,

Но об этом цыть – молчок.

Сеть тихонько он сплетает,

Сам он тоже подрастает.

Не прошло и тридцать дней,

Сосчитать – ка их сумей.

Приутихли комары,

Стало меньше мошкары.

Сеть пленила уже многих,

Правда слабых и убогих.

А паук права качает,

В сеть звено опять вплетает.

Поделил он лес на части,

Комарам одни напасти.

Нет веселья, да и гула,

Смерть к ним в чащу заглянула.

Приутихли комары,

Ну, конечно до поры.

Заглянула птичья стая,

На юга, что улетая.

Проглотила паука,

И опять вновь на юга.

Долго будут вспоминать

Паука и его мать.