Кодекс Охотника. Книга XXII

А тебе ещё много всего нужно сделать, как для самого себя и своей семьи, так и для всего мира и человечества.

А вот тут случилось нечто странное. Голубое небо на секунду моргнуло, почернев, и по нему пробежала огромная молния, которая сорвалась с небосвода и точнёхонько ударила мне в темечко.

— Твою мать! — я подскочил на ноги, и посмотрел на свои руки.

Прямо по ним сейчас бегали электрические разряды, причём эта электрика была с явным приступом мороза. Такое ощущение, что это меня не током ударило, а что-то чрезвычайно холодное, настолько холодное, что даже сам организм не воспринял это, как холод, а словно электричество ворвалось внутрь и добавило мне сил.

А потом, меня словно пылесосом потянуло наружу, в реальный мир...

Замок Северного Короля

Город Хедебю

— Интересно... — наверное в тридцать пятый раз повторил Рагнар, дедушка Хельги, бывший Северный Король, что передал бразды правления своему сыну.

Он прямо сейчас сидел напротив неё, ничего не делал, молчал, и только повторял это слово «интересно» один раз в несколько минут.

— Дедушка, может уже хватит? Скажи уже что-нибудь, и сними с меня эту штуку, — Хельга дотронулась до предмета, который был у неё на голове.

Мать и дед сказали, что это Ледяная Корона. Глядя на себя в зеркало, она должна была согласиться. Но выглядела корона, скорее, не как лёд, а сверкающий драгоценный камень. Хотя, на самом деле, она была льдом, опоясывавшим её голову. Корона вроде была ей по размеру, но оказывала такое ментальное давление на мозг, что девушке казалось, что вот-вот ещё немного, и она сойдёт с ума.

Корона давала чрезвычайные силы, но и требовала в обмен самое дорогое, что у неё было — её душу. Прямо сейчас девушка сопротивлялась. Нельзя сказать, что это давалось ей с трудом. Такое ощущение, что и корона как будто осваивалась на новом месте, пытаясь понять, где она находится сейчас, и наладить контакт. Но Хельга не испытывала иллюзий. У неё было явное понимание, что через некоторое время корона навсегда заберёт её волю и разум.

— Интересно.

— Так, дед, я тебя сейчас стукну! — Хельга не испытывала почтения к старому затворнику. По большому счёту, именно он виноват в этом. Ведь с самого детства, когда Ульрих и Лагерта пытались развить её боевой дух, дед пытался привить ей любовь к знаниям. Поначалу Хельга с большим удовольствием ходила к нему в его одинокую башню, что находилась за пределами Хедебю в заснеженных горах.

— Не надо меня стукать, Хельга. Это было ожидаемо.