Лазоревый мундирЪ IV: Тенеткач

Наконец, подъехали к беломраморной лестнице настоящего палаццо, возле которой их встретил чопорный дворецкий с бакенбардами, проводивший молодых людей в комнаты, уже наполненные гостями.

Хозяин встретил Германа тепло, обнял его, сунул в руки рог, наполненный вином – должно быть, тем самым, что заставило итальянцев вспомнить Деву Марию. По крайней мере, Герман вкус оценил, и ему – должно быть, от дорожной усталости – изрядно ударило в голову.

Дальше было множество знакомств, рукопожатий, похлопываний по плечу, и, конечно же – тостов! Цветистых, поэтичных, ярких! Герман тоже сказал что-то этакое, вычитанное в недавно прочитанном романе из кавказской жизни, но никого, кажется, не впечатлил – здесь собрались тонкие ценители.

Впрочем, приняли его благосклонно.

– Здесь на Кавказе нынче делается будущее, – проговорил Шервашидзе, когда они на некоторое время остались в стороне от общей компании. – От Баку, где добывают нефть, и до Батуми, где строят новые паровые корабли. Здешний край цветет, и во многом он цветет от того, что расположен далеко от Петербурга.

В Петербурге-то тяжело цвести. Там слишком холодно. Вам так не кажется, мой друг?

Герман покивал. Ему отчего-то вдруг вспомнился разговор с Пудовским во время их первой встречи. Тот тоже на словах восхищался достижениями прогресса и прозревал великое будущее. На деле оказалось, что будущее он готовил весьма специфическое. Германа даже передернуло, когда он вспомнил орды демонов, выходящих из портала.

Он познакомился кое с кем из гостей, а с некоторыми оказался и так знаком – по вечеру в Офицерском собрании, который был еще так недавно, но с которого для Германа, казалось, прошли уже годы.

Были здесь и дамы – к примеру один господин с ранней сединой в бороде, представившийся свободным художником Айвазяном, представил также Герману свою дочь, бойкого вида смуглую девицу с немного по-детски пухлыми щечками и цепкими черными глазами. Она тут же поинтересовалась, какого мнения петербургский гость придерживается по вопросу о женском образовании.

– Ну, что ты, мой ангел, – укорил ее отец. – Сразу с серьезными вопросами к господину штаб-ротмистру.

– Да ведь здесь не с кем об этом и поговорить! – возразила Наира – так звали девушку – с комичной серьезностью. – Девушки все только мнят, чтоб замуж выйти, молодые люди заняты коммерческими оборотами. Я думала, может быть, в Петербурге нынче больше думают о сложных вопросах, о будущем?

Герман в ответ улыбнулся ей.