Договор! Том 2

Это показалось Горану очень несправедливым. Великий человек не должен закончить свою жизнь вот так. О великом человеке должны помнить. В памяти рода он должен жить вечно.

Вечно.

Когда к Горану пришли, он был уже готов. Бояре не стали ничего удумывать, нанимать бродячих душегубов или травить его, плести интриги или что-то в этом духе. Просто взяли оружие и пошли к нему в покои.

Там же, в его покоях, их всех и перебили. Всё залили их кровью. Мракой постарался, чтобы простые люди и дружинники знали у кого самая щедрая и кормящая рука, и кому перечить не стоит.

Когда всё кончилось, новый воевода и права рука князя стоял, понурив голову, и мямлил извинения за испорченный кровью пол, как провинившееся дитя прятал за спину топор, пытаясь тайком протереть его об штанину. Горан рассмеялся, обнял его как родного, и велел залить полы лаком в три слоя, как есть, другим в назидание и самому любоваться.

Вышло даже симпатично, пускай и неоднородно. И теперь Горан, вставая по утрам, привыкал к тому, на чём ему предстоит стоять и на что он будет смотреть все годы своего княжения, хочет он того или нет.

Семьи бояр он не пощадил. Вывезли их в поле подальше ночью на телегах, задушили всех, да в могилки неглубокие зарыли. Нельзя было оставлять обиженных и недовольных. Да и слух пошёл, что с ним шутковать не стоит.

А как улеглось всё, устроил гулянья, раздавал мёд, вино и хлеб. Народ гулял с неохотой, но понял, что Горан их трогать не будет, и они дальше заживут мирно и без потрясений.

В память об отце и его деяньях, когда-нибудь он совершит что-то великое и значимое. И будет вечно жить в памяти рода и в историях как Горан, сын Вацлава. Того самого, что объединил Триданию.

И вот теперь он всё просрал…

— Что с телом моего сына, Небеск?

Высокомерный и наглый боярин из Валашки приопустил взгляд, но страха или уважения перед князем в нём не чувствовалась, только типичная валашковская спесь, которую ни плёткой, ни бердышом не выгнать.

— Имперский посланник сказал, что его выдадут, как только вы сдадитесь, князь. Вам обещали жизнь.

— Какие они щедрые, — с хрипотцой усмехнулся князь. — Их я щадить не собираюсь. Как там моя дружина?

— Воинство Донцска уже в пути, мой князь. Собираем молодняк по деревням и вооружаем чем можно. Это займёт какое-то время, всё ещё распутица в своих правах. Мы к такому готовы не были.

— А должны были! — рявкнул князь. — Мало вас пороли.