Химера

Он вспоминал, как бабушка честно сказала, что тварь она придумала. Он вспоминал, что ни разу не видел ничего похожего, даже в архивах разведчиков.

Сверху из расщелины, в которую он свалился, упал камешек. Ударился об пол рядом с ним, и покатился. Каррум посмотрел вверх, на светящийся гриб, и на мгновение что-то перекрыло расщелину.

Лёгкий шорох раздался за его спиной. Он оглянулся и не увидел ничего. Существо стояло за границей видимости, если оно существовало. Шорох раздался с другой стороны. С третьей.

— Выходи! Ты не настоящий! — заорал Каррум в темноту.

Ничего не произошло. Потом он почувствовал, что запах крови крысолюдов усилился. Чуть-чуть. Чудовище стояло у него за спиной. Совсем близко.

— Моя большой страшный монстр. — доверительно прошептал Карруму в ухо Пожиратель. И добавил, чуть рыкнув:

— Рыр.

Усталость, раны, боль, потери и напряжение последних часов, сделали своё дело. Глаза Каррума закатились, он совсем не по-дворфски потерял сознание и грохнулся на землю, лицом вниз, с лязгом брони.

— Шутка ведь. — обиженно сказал Пожиратель.

***

Где-то под землёй

Каррум очнулся рывком. Перед ним горел небольшой костёр. Огонь чуть трещал, и освещал пещеру. Сон? Кто-то его нашёл?

Что-то было не так. Он поднял руку, и уставился на грязные пальцы. С него сняли доспехи и рубаху, он остался в одних штанах и дворфских поддоспешных ботинках. Нечто похожее на его доспехи грудой лежало рядом с костром. Каррум дёрнулся туда и замер.

На другой стороне костра сидел Пожиратель Дворфов. Такой же, как описывала его бабушка, каким представлял его Каррум. Высокая, худая, фигура ростом с человека. С треугольными ушами и хвостом. Пожиратель сидел, странно сложив ноги, и с интересом разглядывал крысолюдский костяной топор. Каррум впился взглядом в плод бабушкиной фантазии, пытаясь разглядеть ожившую выдумку, ведь существ с двумя рядами зубов не бывает.

Пожиратель открыл рот, продемонстрировал Карруму, что тот заблуждается, и зубов у него именно два ряда, впился в костяное лезвие топора, с треском откусил от него кусок и начал задумчиво его жевать, с громким хрустом.

Каррум медленно и осторожно опустил руку и вжался в каменную стену. Пожиратель дожевал кусок прочного, сравнимого с плохим металлом лезвия, поморщился, и проглотил.

— Невкусно — пожаловался Пожиратель на жизнь и гастрономические качества крысолюдских топоров. Каррум нервно кивнул.