Враг престола

В коридорах дворца уже раздавались топот стражников и их тревожная перекличка, но никто ещё не нарушил последнего уединения секретаря и его господина. Никто не видел, как человек в сером мундире подошёл к столу и провёл ладонью по мёртвому лицу, навсегда закрывая остекленевшие глаза. Никто не видел, как он опустился в кресло, сжимая всё ещё тёплую руку старика. Никто не видел, как бесстрастная маска треснула и, просочившись сквозь эту брешь, на ковёр упали солёные капли.

Шёл восемьсот тридцать четвёртый год эры человека.

Год, в котором был убит король Конрад Молчаливый.

Глава двадцать шестая

Возмездие мертвеца

Он родится в сердце горы. Человек, которого нельзя убить. Безжалостный, но благородный. Наивный, но проницательный. Одинокий, но никогда не бывающий один. Чёрный и холодный, как ночь. Сияющий и спасительный, как рассвет. Он будет огнём и водой. Уже не живой, но ещё не мёртвый. Он – муаз’аммаль, бедствие и надежда.

Назим Кус’Рулах. «Слово о муаз’аммале». Перевод

Караван сильно растянулся.

Неповоротливой и медлительной змеёй он двигался на юг, в сторону далекой Петры. Этот город находился на стыке великой пустыни и великого моря. Когда-то он сумел сохранить свою независимость от Серого престола, и теперь слыл свободным портом, где находили пристанище самые разные суда, и самые разные люди. Было в нём место и для тёмнокожих купцов Восхода, и для татуированных моряков Побережья, и для грозных кораблей Островной империи, и для мореходов из совсем уж далёких, экзотических мест, которым и названия-то на карте не было.

Законы западного королевства в Петре не действовали, а потому более всего она славилась своими рынками невольников. Туда-то К’Зах Окам и вёл караван. Женщины, дети, связанные и закованные в цепи мужчины. Все, кого удалось захватить в оазисе. Он намеревался продать их и на вырученные деньги собрать отряд наёмников. Вместе с воинами, которых обещал ему человек с запада, этого хватит, чтобы поставить обезглавленные племена на колени. Конечно, не все вожди присутствовали на хурале, но Окам был уверен, что уцелевшие не представляют для него ощутимой угрозы.

По лицу молодого наиба расплылась улыбка. Он был чрезвычайно доволен собой. Всё прошло так легко, так гладко. Почему раньше никто не додумался до этого? Он давно вынашивал свой план, ожидая лишь благоприятного момента, и тут появился этот глупец, называющий себя муаз’аммалем. Казалось, сама судьба была на стороне Окама.

Впереди показалась фигура всадника.