Шаг первый

– Ты в своем уме? – поразился я, – Да если бы это был Гнев там бы все было кровью и внутренностями залито, помнишь, как в той деревушке. Нет, это точно была Жажда.

– Не напоминай, Тео, мы почти там остались, – мрачно пробасил Керг, – а почему ты ее так называешь? Мне больше нравится обзывать их Похотью.

– Тоже вариант, – согласился я с Кергом, – но как по мне, Жажда объективнее, так как носители привлекают этот тип именно своим необузданным желанием. Можно сказать, жаждут, власти, силы, секса, прочих удовольствий.

– Да уж, эта погань выбирает самых мерзких, – согласился мой друг и залпом прикончил пинту, поморщился и сказал, – что-то мне некомфортно рядом с тобой, норзалит что-ли не поменял?

– Поменял и даже ауру прикрутил, – ответил я, – видимо одного камня на мне уже недостаточно и пора начать носить и вам. В доме то понятно, там почти в каждой стене есть вкрапления норзалита, они приглушают мою ауру, впитывают ее эманации, а вот на улице со мной рядом придется теперь и тебе такой же таскать.

– Еще чего, – насупился Керг.

– А как ты хотел, – хмыкнул я, – не просто так нас народ не любит. Чем мы сильнее, тем хуже наша аура и более неприятные ощущения испытывают окружающие. Рано или поздно, дабы не доставлять неудобств соседям, мне придется вновь поселиться в твердыне.

– И сидеть там пока не помрешь?

– Либо пока не помру, либо пока не научусь лучше контролировать силу. Лет через двадцать.

– А как же твой учитель? – Керг очень удивился. Спокойно рассекает по городу на экипаже. Во дворце постоянно обретается. А выглядит лет на сорок.

– Ну, экипаж учителя чуть ли ни целиком из норзалита состоит. Да и во дворце чуть ли не в каждой стене есть его вкрапления.

– Плюс возраст учителя обманчив. За те десять лет, что мы с ним знакомы, он нисколько не постарел. Видимо влияние нашей силы.

– Интересноо, – протянул мой спутник.

– Очень, давай собираться, думаю, дома нас заждались.

Всю дорогу до дома мы с Кергом молчали. Я раздумывал над загадочной пропажей отряда Эрвина, а Керг просто созерцал дома проплывающие за окном. Каждый явно думал о чем-то своем.

Оказавшись дома, первое что я сделал, это принял душ, смыв с себя успевший въестся в кожу запах сточной канавы. Никогда не понимал Императора, почему нельзя навести порядок не только в верхней столице.