Кодекс Крови. Книга V

С прежним уровнем помер бы за пару часов, — продолжал рассуждать Комаро, при этом цвет его жгутов всё мутнел, и сейчас присоски качали уже что-то из меня. Судя по чернильному цвету, это как раз и было то самое проклятие. И было его неожиданно много. Те видимые фрагменты, которые смог изъять Беляк, а до того некро-твари вытянутые Тильдой, были лишь малой толикой всего объёма, оставшегося в моём теле.

Я был безмерно благодарен Комаро за помощь, но очень уж меня смущала цена этой благотворительности. Такими бесплатными сырами не разбрасываются.

Божественное очищение прошло гораздо быстрей и безболезненней по сравнению с самодеятельностью моей команды спасения. Ну на то он и бог, чтобы творить чудеса.

Присоски отлипли, оставляя ощущение, будто меня пережевали и выплюнули.

— А теперь давай по делу поговорим, — перешёл к главному покровитель, — кольцо я тебе подправил, уровень будет, как и раньше, седьмой в потенциале, пятый фактический.

Я искренне поблагодарил покровителя, ведь заказать себе артефакт не успел, да и сомневаюсь, что их быстро изготавливают, тем более второй подряд и в одни руки... Могли возникнуть вопросы.

— Теперь по сути возникшего недопонимания, — Комаро расхаживал из стороны в сторону, будто нервничал, — сестру мы искали вместе с Виноградом, но не нашли. Я не знаю, куда её тогда спрятали, ощущалась она в этом мире, но взять и ткнуть в место на карте у нас не вышло.

Пока всё было достаточно логично, чтобы быть похожим на правду. Но богам не свойственны приступи раскаяния, а значит, им что-то нужно. Но здесь я оказался неправ для разнообразия.

— И последнее. Поздравляю с прибавлением в роду. Следи, чтоб только родственники со стороны матери не помогли избавиться от наследника, а то там нездоровая ситуация намечается. Накрутила Инари, конечно, знатно.

И пока я приходил в себя от новостей, Комаро исчез, растворившись во тьме.

***

Пётр Алексеевич Кречет смотрел в окно своего кабинета, но не видел ни снега с дождём за окном, ни низко нависших над столицей туч. Даже карканье одинокой вороны, сидящей на ветке напротив, не смогло привлечь его внимание.

Медведев только что ушёл после очередного доклада по Исбьерну, и император дал волю своему раздражению.

Опять все ниточки вели к Комарину.