Кодекс Крови. Книга V

начнёт вдруг нападать, не лишай меня удовольствия, я сам с ним разберусь.

Меня такой расклад полностью устраивал, тем более, я предполагал, что буду несколько занят перевариванием повторных спецэффектов с чёрным стеклом.

Так оно и вышло, стоило духу взять управление на себя, как я стал сторонним наблюдателем. Я видел, как клубилась тьмой стихийная магия, впитываясь в землю и вскрывая в её толще натуральный подземный ход.

— Подземная тропа, — комментировал свои действия дух, чтобы мне не было скучно, — заклинание девятого ранга.

Мы шли по тёмному тоннелю. Я прекрасно видел во тьме, а вот остальным моим кровникам дух одним пасом руки навесил «искателя».

— Пятый ранг, вообще использовалось для поиска полезных руд и минералов, потом истинное значение забылось и теперь используется лишь как «ночное зрение».

Вообще дух оказался интересным собеседником, когда не брызгал ядом и не пытался кого-либо убить. Объяснял он всё так легко и доступно, что понимал даже я, весьма далёкий от стихийной магии маг.

— У тебя талант к преподаванию! — не удержался я в какой-то момент и сделал комплимент духу.

Тот замолчал. Минут пять мы шли в полной тишине под его громкое сердитое сопение.

— Если я чем-то обидел тебя... — попытался я пойти на контакт.

— Забудь. Просто надавил на больную мозоль, — тихо признался он и резко остановился, — ох ты ж... Вот это... Н-да-а-а! Говоришь, спасать её надо?

Дух глухо расхохотался.

Впереди подземная тропа разветвлялась на два хода, в одном взрывом обвалило плиту перекрытия, раздавив всех, находящихся внутри, о чём красноречиво свидетельствовали лужи крови, вытекающие из-под плиты. А вот в другом, связав изрядно обожженного князя Рюгена по рукам и ногам и нацепив ему магоподавители, сидела полуобнажённая Кирана и доступным языком объясняла Михельсу Исбьерну, как он был не прав, похитив её.

Глава 4

Я, конечно, разделял веселье духа и был полностью солидарен с действиями Кираны, но беспокоили меня несколько иные вопросы.

— А где этот проклятый столб? — было моё первое опасение. Помня эффект от боли и, наверняка, ещё где-то оставшиеся куски чёрной дряни, я подспудно готовился к повторению банкета и очень напрягся, когда его не произошло.