Прибытие

В темноте уже ни черта не видно. Плюх, и выстрел. Турпанье крыльев по воде в тишине стремительно наступившей ночи слышно очень отчётливо. Попал. Надо же. Ещё могет старый хрыч, ведь на звук стрелял.

— Ромка, фонарь с собой? — я же тихо шёл, и как он меня услышал?

— С собой, — нехотя ответил я.

— Иди подбери. Крякаш, похоже. На шулюм самое оно. — И дед отошёл чуть в сторону, давая мне раскатать на ноге болотники и, включив фонарь, осматривать воду. Утка, к счастью, лежала недалеко от берега. Ещё немного и её вовсе прибьёт течением.

— А почему ты Соболя с собой не взял? — проворчал я, заходя в воду.

— Да ты что, с ума сошёл? Соболь старый уже, куда ему за утками плавать? — дед даже удивился моей недогадливости.

— А, ну да, Соболь уже старый, а Рома — молодой, Рома сплавает, если надо. Вариант «охотник с собакой», мать вашу.

— Что ты там бурчишь? — с берега спросил дед.

— Ничего, тебе послышалось, — я подобрал утку и вылез на берег.

Скоро варилась похлёбка, а старые приятели предались воспоминаниям.

Как бы мне ни хотелось их послушать, но пара стопок мутного пойла меня сморила так, что я залез в спальник и отрубился.

— Рома, вставай, утро уже, — я открыл глаза. Ничего себе утро. Часа четыре, не больше. От воды начал подниматься туман, и холод проникал даже в спальник, заставляя ёжиться.

— Дед, я спал часа три, имей совесть, всё равно раньше пяти не полетят, — я попытался залезть поглубже и снова закрыл глаза, но дед снова потрепал меня за плечо.

— Вставай, говорю.

Пока на своё место встанешь, как раз полетят. Да, смотри внимательно, а то одна белая панамка появится в прицеле неожиданно и все характеристики тебе испоганит. Яшка это может, всё поганить. Человек он такой.

Я уже понял, что от деда всё равно не отделаться, принялся выбираться из палатки. Радовало только то, что отстоим утрянку и домой поедем. А там уж я отосплюсь.

Внезапно раздался грохот, да такой, что земля под ногами качнулась. Я не удержался на ногах и упал на колени.

— Это чего такое было? — на земле зашевелился бугор, который при более близком рассмотрении оказался сержантом, спящем прямо на земле, укутавшись в шинель.

Я решил, что, если уж его отчество мне никто озвучивать не собирается, буду звать его дед Сергей.

— Не знаю, — я покачал головой, поднимаясь на ноги. Происходящее мне определённо не нравилось. — Землетрясение?

— Какое нахер землетрясение? Это кто-то очень умный рыбу глушить удумал. Ну Яшка, ну, держись у меня.