Девять смертных грехов

Уже четвертая группа заходит и не замечает, что им уже не сбежать.

– А это все благодаря брату Совуну. Он придумал не собирать, а есть местные растения. Глупцам сказали, что они нужны только алхимикам, и те развесили уши. Умные сразу поняли, что это прежде всего способ стать сильнее! Вот ответ на суть этого испытания.

– Вообще, любые ингредиенты должны обрабатывать алхимики, чтобы убрать из них скверну мира, – заметил я, глядя, как с другой стороны выходят еще трое, толкая перед собой ту самую оборванку. Если у нее и были спутники, то от них уже избавились.

– Немного скверны – ничто для сильной души, – длинный пират отмахнулся от моих слов. – Один из наших тоже про это болтал, и что? Они мертвы, а я жив! Вот и вся правда этого мира!

– Брат Совун, у новенького большой мешок. Мы сможем съесть его добычу и стать еще сильнее! – мелкий посмотрел на меня жадным взглядом.

Я бы предпочел не рисковать и как можно быстрее пройти это шумное место, но попавшие под влияние скверны пираты уже не способны были нормально мыслить.

– Мы еще можем разойтись, – я все-таки предложил решить дело миром.

– Да никогда! – мелкий пират опять принялся размахивать руками, и правый кулак с каждым движением разгорался все сильнее. Парень почти не отличался от дикого зверя, но вот его старший, Совун, был другим. Его глаза сияли тусклее, чем у остальных.

– Хитрый человек, – сердце даже проснулось. – Использовал остальных, чтобы сделать из них свое оружие. А сам при этом смог удержаться на грани.

– Если в нем есть разум и одновременно зрение скверны, то он должен чувствовать опасность, – ответил я. – Может, еще и разойдемся.

– Хорошо, – Совун все-таки принял решение. – Есть в тебе что-то, парень. Дерзость, огонь. Ты напоминаешь мне меня самого, когда я был молодым. Так и быть, можешь идти, но больше не попадайся мне на пути.

Он все-таки выбрал осторожность и в то же время придумал оправдание для своих, чтобы те не восприняли его слова за слабость.

– Пират! Помоги мне! – девушка, которую все еще удерживала другая троица, резко окликнула меня. Жалко ее, но всех людей не спасти.

– Мануэль! – она назвала меня по имени, и это было уже совсем другое дело.

– Я хочу выкупить у тебя эту рабыню, – я снова посмотрел на Совуна. Что самое обидное, я чувствовал, что он не против пойти мне навстречу, но в то же время, чтобы сохранить контроль над своими зверьми, ему нельзя показывать слабость.