Девять смертных грехов

Я в тот же миг скользнул к стене и затаился, пытаясь слиться с тенью потемнее. А из глубины прохода начали доноситься звуки. Шаги множества лап и странный шелест. Неужели тут целая стая? Я сжал клинок еще крепче и прикрыл глаза, вспоминая строчки кодекса…

Если встретил стаю скверны, нет смысла бежать. Догонят и разорвут, потому что гнать и рвать – это суть скверны. Единственный способ выстоять – заметить в стае вожака, убить его, а потом разогнать оставшихся тварей. Важно: после победы нельзя пускать кровь другим, иначе они развернутся и примут бой.

Но если подавить тварей волей, то они сбегут, а ты, собрав братьев по мечу, вернешься и довершишь доброе дело.

Я ждал стаю, я готовился вычислить вожака, но из темноты неожиданно выступила всего одна туша. Огромная, она занимала почти весь туннель. Восьмилапая, с огромными жвалами на морде – я невольно вздрогнул, осознав, что столкнулся с гигантской паучихой. Мать рода, которую обычные пауки-трудяги могли откармливать сотни лет. Она пока не видела меня, можно было вжаться в стену, а потом сбежать… Но тут я понял, что у той жертвы, чью ленту я видел у входа, на самом деле есть шанс.

Пауки в отличие от обычных тварей редко убивают сразу – так что бежать никак нельзя.

Паучиха была совсем рядом – я уже выбрал траекторию, чтобы выскочить и пронзить ей голову мечом, когда неожиданно услышал странные звуки. Она говорила! Тварь скверны и говорила!

– Звуки… Шуршащие камни сказали, что пришел чужой.

– Кто мог залезть в такую чащобу? Неужели глупые людишки решили спасти нашу еду? – паучиха говорила сама с собой.

– А вдруг они узнали про наше сердце? Узнали и решили украсть?

Сердце? От последних слов мое собственное сердце забилось быстрее, чем раньше, а потом огромная паучья лапа врезалась в землю рядом со мной. Вблизи было прекрасно видно растущие вместо хитина кости. Так ведь не должно быть?.. В памяти невольно всплыли волки-нежить. В них тоже оставался только скелет – неужели и эта тварь из нового поколения?

На лице невольно появилась улыбка.

Для любого обычного идальго это были ли бы не очень хорошие новости – раз нежить, значит, чистота ее не остановит. Но мне-то на это плевать! Главное, что вражеская скверна на сможет парализовать меня!

– Запах! Запах человека появился, свежий и новый. А еще какая-то приятная приправа, свежая словно вчерашняя гниль.

– Если человек здесь, значит, он спрятался и хочет напасть. Надо быть осторожнее, пока сердце не отдало нам свои силы, нужно беречь себя.