Мастер лжи

Я быстро сорвал дистанцию до того, как они успели среагировать и взмахом меча отрубил правую руку ближайшему противнику.

Добро пожаловать на барбекю. Запахло жареной кожей. Второй смог среагировать вовремя и отскочил в сторону. На пути у меня оказался испугавшийся «коллектор». Торцом меча я нежно подправил ему улыбку. Теперь в самом центре появилась обаятельная щербинка на пару зубов.

Ларл молодец, во всей это суматохе успел сорвать нож с пояса одного из бандитов и спрятаться. Когда я оказал стоматологическую услугу нашему другу, беспризорник тут же подбежал сзади и приставил ему нож к горлу.

Оставался последний. Он обнажил меч и уже успел сожрать порошочка. Я осмотрел его через зрение Агатоса и увидел, как всё тело покрылось красной плёнкой, а ещё его меч окутало едва различимое сияние. Что это я пока не понял, но оружие он себе усилил.

За день я изрядно устал и если бы не элемент неожиданности, то не сдюжил бы против троих. Порошок — это универсальное магическое топливо, без него ни одно заклинание не действует.

Бой начался. То, что мужик настроен серьёзно, я понял по его попытке с ходу взять физической силой. Но я так повернул лезвие, что удар прошёл вскользь, и весь напор ушёл по инерции влево. Его потянуло вперёд, а зрачки расширились от удивления.

Хоть я и парировал, но чувствовал уже это неприятное жжение в лёгких.

«Чёртов доходяга, какой же ты нюня», — сказал я себе и направил колющий удар в печень. Меч ткнулся в тело и меня чуток отбросило. Как и думал — опять эта защита.

В общем, пришлось полминуты защищаться и отскакивать в стороны. Я старался не выдавать, что уже на пределе, но противник почуял это словно голодный хищник.

Я притворился, что споткнулся и в меня тут же прилетел мощный удар.

Стиль хромой собаки, дружище.

Успел отойти чуть в сторону. Мой огненный клинок не выдержал прямого удара и был моментально разрублен.

Что-то такое я и предполагал и вновь сила инерции наше всё.

Навершие тут же ударило ему в висок. Какая бы там ни была защита от колющих и режущих атак, но я уже знал, что обычные удары по жизненно важным точкам срабатывают.

Про себя я назвал неприятное усиление противника «резиновой» кожей.