Насмешка Богов

Клокочущая ярость нашла выход, и упоение боем захватило целиком — Аргойл словно воспарил над битвой и теперь будто бы со стороны видел и себя, и своих соратников, и врагов. Шум сражения отступил куда-то вдаль: все заглушала бешено стучавшая в висках кровь.

Он уже чудился себе грозным соколом, разгоняющим полчища крыс... но тут лихой полет вдруг прервался — он словно грудью налетел на невидимую преграду. И едва успел вытащить ноги из стремян — спрыгнул наземь за миг до того, как конь завалился на бок: из шеи гнедого торчало копье.

А перед князем уже вырос новый враг: высоченный детина с топором наперевес. Аргойл поднял меч, глянул недругу в глаза — и оторопел.

Он хорошо помнил это скуластое горбоносое лицо с пронзительно яркими бирюзовыми глазами и косматой бородищей. Да это же... Не может быть! Сторс, давний боевой товарищ!

Его прошибло холодом, словно вся кровь разом застыла в жилах. И было отчего: ведь громила Сторс погиб двадцать лет назад! Погиб здесь, на этом самом месте!

Дикая, сумасшедшая мысль забилась в голове, словно куропатка в силках.

Смертоносное лезвие топора со свистом разрубило воздух в полпяди от груди Аргойла — тот едва успел отскочить. Вмиг к князю вернулось самообладание. Уж кто-кто, а он в свое время хорошо изучил повадки громилы Сторса. Посмотрим, насколько этот призрак ему соответствует! Пара обманных выпадов, плавный уход от свистящего топора — и княжеский клинок врубился Сторсу в бедро.

— Дра-а-ать тебя в потроха!!!

С проклятием рухнул Сторс на одно колено, пытаясь развернуться к врагу.

Аргойл не стал дожидаться — и одним махом отсек призраку голову. Кровь струей брызнула из шеи, и безголовый труп свалился к ногам победителя.

А победитель замер на пару мгновений: где-то внутри заскреблось смутное беспокойство. В голове вихрем крутилась мысль: как это, призрак — и вдруг кровь? И ругался он ну в точности, как Сторс когда-то... Опять какие-то загадки, прямо как двадцать лет назад! Проклятье! Что же это за место такое, где давным-давно павшие воины восстают, как ни в чем не бывало, да еще и плоть обретают? Аргойл сплюнул и развернулся, чтобы продолжить битву, но тут перед глазами что-то стремительно мелькнуло, голову пронзило короткой вспышкой боли — и мир сразу погрузился в темноту.

* * *

Щеке было мокро и холодно. Он приподнял голову — и не смог сдержать стона: череп загудел, словно тяжелый бронзовый колокол. Кое-как оперся на правую руку.