Путь королевы

Во лбу у каждого единорога рос перевитый тонкий острый рог жемчужно-молочного цвета.

Все засмотрелись на удивительных созданий, о которых ходило столько легенд, и не сразу заметили, что из рощи те вышли не одни. Единороги были, словно свитой, окружены младшими родственниками – дриадами и фавнами.

Появление неожиданной помощи не осталось незамеченным, солдаты сразу же сбежались посмотреть на столь невиданное зрелище и замерли на краю дороги, затаив дыхание и уставившись на шествие детей леса. Единорогов было всего десять, но их свита был велика.

Не меньше двух сотен.

– Меня зовут Саквиэль. Король Вельтиас передает вам братский привет и помощь, – поклонился фавн с густой курчавой каштановой головой и острыми дугообразными рогами. Его голос был низким, а в руках он сжимал двустороннюю секиру огромных размеров.

– Я принимаю помощь короля Вельтиаса, – с легким кивком головы ответила Эйриэн, – наша победа – его победа.

– Ваша победа – наша победа, – повторил торжественно фавн, склонившись до земли.

Кончики его рогов задели траву.

Остальные дети леса выстраивались вокруг своего предводителя. Эльфийка еще никогда не видела их столь воинственными. Дриады сжимали в руках тяжелые луки, за их плечами висели колчаны с запасом стрел, а волосы девушек, обычно распущенные и украшенные цветами, листьями и лентами, были сейчас заплетены в тугие косы, обернутые вокруг головы. Каждый фавн пришел с двуручной секирой, некоторые из которых были даже больше, чем у Саквиэля. Сначала королева подумала, что они изготовлены из какого-то незнакомого ей металла, но, присмотревшись, разглядела на лезвиях рисунок радиальных колец.

Неужели они и впрямь были сделаны из железного тиса, о котором все только слышали, но никто никогда не видел?! Говорят, что в стародавние времена, на заре эры Весны все лесные расы воевали только таким оружием, и изготавливалось оно с помощью магии, и никакое железо не могло разрубить крепкие тисы. Странно, но цвет дерева напоминал полированную бронзу.

– Мы храним не только знания наших отцов, но и матерей, – загадочно произнес фавн, заметив, с каким любопытством Эйриэн рассматривает его секиру. Вообще, она давно поняла, что все поданные короля Вельтиаса отличаются повышенной загадочностью, так же, как и их повелитель.

– Это похвально, – сказала она, чтобы хоть что-то сказать, хотя понятия не имела, о чем именно идет речь.

Но вот фавны и дриады расступились, пропуская тех, к кому взывала эльфийка.