Путь королевы

Вампир спрыгнул на землю и подошел к ней, негромко присвистнул. Трава вокруг была темной от крови, а на шее зияли четыре огромные раны. Вернее, можно сказать, что шеи не было. Мантикора лежала рядом, на ее голове красовался след от копыта.

– Если она уже мертва, я ничем не смогу помочь, – предупредил Литавий Арейона, склоняясь над раненой девушкой. Он проверил, бьется ли сердце, и поразился – вот что значит, весенняя раса в своей стихии. Любой летний уже давно бы умер. – А тут, смотри, – он обвел рукой вокруг, – трава пожухла, цветы завяли, с ближних кустов листья облетели – это они силу отдавали.

Вампир закрыл глаза, распростер ладони, сложенные крест-накрест, над ее горлом, и эльфийка увидела магию крови в действии. Маленькие молнии побежали по краям раны, словно зашивая ее, кровь закристаллизовалась и рубиновым песком ссыпалась с ран. Через какое-то время от глубоких и рваных порезов остались лишь тоненькие красные следы.

– А потом я привез ее сюда, потому что это мой дом и мне некуда было ее больше везти, – закончил свой рассказ Литавий.

Эйриэн тряхнула головой, выныривая из очередного видения, посланного ей агиски. Затылок ныл, как будто по нему недавно ударили молотком. Арейон, невинно хлопая пушистыми ресницами, стоял рядом.

«Что ж, придется, наверное, смириться с подобным способом общения, пока мы вместе», – вздохнула про себя эльфийка.

– А почему ты скрываешься ото всех? – Подозрительность Лютена еще не исчерпалась полностью.

– В народе сложилось неверное представление о вампирах, суеверный страх способен причинить немало хлопот.

Алессия потупила глаза.

– Неверное, говоришь, – усмехнулся менестрель. – Далеко же тебя закинуло от Тираота. Ты, случаем, не беглый преступник?

– Клейма нет, значит не преступник, – с вызовом ответил Литавий.

– Ну, это еще ничего не доказывает, может тебя поймать не успели.

– Преступник не стал бы Сельбе помогать, – неожиданно вступилась воительница, – отстань от него.

– Хорошо. – Соловей сдался на удивление легко, убрал арбалет и протянул Литавию руку. – Лютен Мерилин, менестрель, такой же странник, как и ты.

– Литавий. – Вампир пожал ему руку.

– Алессия, – присела в подобии реверанса воительница.