Вторжение в Ойкумену

Потому что алеманнская армия под руководством эрцгерцога Пауля и так не блистала, сражаясь непосредственно с Алурией, и империи были нужны победы.

— Чтобы побеждать, нам нужны полководцы, как у Алурии и сотни тысяч алеманов воодушевлённых, как нейстрийцы, — в сердцах сказал он фон Шиффу, когда они выходили из телепорта.

Генерал и колдун присутствующие при этом сделали вид, что эрцгерцог ничего не говорил. Они ценили своего командира, одного из немногих Фальксбургов хорошо знающих военное дело, и не надо было его подводить под пристальное внимание Тайной имперской канцелярии.

Впрочем, Август фон Фалькштейн, и сам думал точно так же и наоборот был бы рад узнать, что кто-то в военном командовании разделяет его точку зрения.

Но делать нечего — пришлось готовиться к обороне. Впрочем, хорошенько всё взвесив, эрцгерцог и генерал решили обороняться без фанатизма, сделав, прежде всего упор на сбережении армии.

Впрочем, каковы бы не были их военные планы, всё полетело прахом, когда под Цвайбург подошли войска Эжена Тома.

Луи де Кавелье, придя на помощь другу, не стал лишать его триумфа. Расставив по городам Риволланда гарнизоны, он вернулся в Гевершахт. Возникла у него одна идея, как насолить альбийцам.

Идею пришлось ненадолго отложить, так как из Плантинии к маршалу, наконец, приехала его давняя возлюбленная Софи Нуаре. Девушка из обычной семьи, но у её сестры Патрисии оказались сильные магические способности провидицы. Поэтому после революции им пришлось бежать обоим, и как-то всё равно, что они были из семьи мелкого торговца.

Вернуться девушкам удалось только после падения Мармонтеля, когда магам была дана амнистия. Тогда же они стали появляться при дворе. Среди алурийцев не было провидцев и им пришлось обращаться к нейстрийцам, а способности Патрисии позволили подняться высоко. Да, действия алурийцев, как пришельцев из иного мира, она предсказать не могла, однако Патрисия могла играть либо на косвенных, либо вообще предугадывать действия противника. Она же первой сообщила, что в видениях касающихся склавинов и альбийцев появились серьёзные помехи.

Это подсказало Алурии — шелта сделали свой ход и теперь готовят избранных из иного мира, чтобы нанести ответный удар.

Так или иначе, но Патрисию Нуаре заметил один из алурийских магов — Релад, родной брат Гастона д’Арелато, который носил имя Ренарда д’Арелато. Девушка охотно ответила на его ухаживания, хотя он и был слабым магом, к тому же бардом, но как он ухаживал за немного одичавшей на Терранове Патрисией.