H2O III

Собор стоял одиноко, словно молчаливый страж этой земли, словно последний оплот цивилизации в этом тёмном и холодном мире.

В его огромных окнах, украшенных витражами, переливались цветные стёкла, создавая впечатление, будто внутри горит невидимый огонь. Это был огонь веры, который когда-то освещал всё вокруг, даря людям надежду и силы в трудные времена. Сейчас собор был пуст. Его двери были плотно закрыты, и внутри стояла тишина, которую нарушало лишь лёгкое дуновение ветра, проникавшего сквозь щели в старых стенах.

Собор был похож на спящего великана, который ждёт будущего, но неизвестно, наступит ли оно когда-нибудь.

Я стоял и смотрел на него, и мне становилось грустно. И я видел их. Их нельзя было увидеть невооружённым глазом, но я чувствовал их присутствие.

Вампиры. Эти твари выгуливали своих людей, словно животных. Они бродили по улочкам, словно призраки. Их лица были скрыты тенью, а глаза горели каким-то мертвенным светом. Они были повсюду среди людей, словно ядовитые виноградные лозы, оплетающие корни старого дерева.

Я стоял и смотрел на Собор, чувствуя, как внутри меня закипает гнев. Этот мир, опустошенный магией и заполненный вампирами, был не тем миром, в котором я хотел жить. И чувствовал себя словно в ловушке, как будто меня опутала паутина тёмных сил, и я не мог ничего изменить в своей судьбе. Но в этот момент я услышал легкий шепот ветра, который принес с собой аромат цветов и специй. Я повернулся и увидел ее.

Она стояла в тени арки, словно вышедшая из сказки.

Ее платье было насыщенно красного цвета, словно виноградная лоза, опутавшая старый каменный дом. Ее волосы, черные и длинные, спускались по спине, словно черный шелковый водопад. А ее глаза, цвета вина, сверкали в полумраке, словно два огненных рубина.

Незнакомка улыбнулась, и я почувствовал, как внутри меня загорелся огонь. Не гнев, а что-то более глубокое, более сильное. Это была страсть, желание, которое я не мог объяснить. Она сделала шаг вперед, и я увидел, как на ее шее блеснула золотая цепочка, украшенная небольшим крестиком.

В ней было что-то парадоксальное, что-то несовместимое с этим темным миром.

— Добро пожаловать в Прагу, — произнесла она голосом мягким и мелодичным, словно звон колокольчиков. — Я Вивьен.

Я не смог ответить. Я просто смотрел на нее, забыв обо всем на свете. Она засмеялась, и ее смех был словно музыка, играющая в моем сердце.

— Не бойтесь, — сказала она. — Я не кусаюсь. Хотя...