Монкрейн – Ученик Духа

Он ждал реакции незнакомца и долго ждать ему не пришлось. Вдруг в комнате отовсюду подул холодный ветерок, вихрем поднявши всю пыль и щепки в воздух.

У Ронты перехватило дыхание. Не потому, что его поразило увиденное, просто он хорошенько вдохнул пыли и с трудом подавил кашель. Мари уже не пряталась, а просто смотрела с открытым ртом на окружающий их бардак.

Вдруг среди клубов пыли возникло лицо, словно сшитое из тонкой, почти прозрачной вуали. То самое, довольно знакомое лицо, что напугало их совсем недавно. Оно неспешно поплыло по воздуху навстречу Ронте и Мари.

— Меня зовут Зимберг Шофен, молодые люди, и некогда я служил почётным Восьмым Послом Алассии при многоуважаемом герцоге Глатлине, да упокой его Вечное Сияние..

Из всего услышанного Ронта понял почти ничего, но это почти чего-то да стоило. Он не знал где находится страна под названием Алассия, не знал и ни про какого герцога. Но если призрак перед ним не врал, то когда-то он был кем-то довольно сильным.

— .. и так, волей судьбы я оказался здесь, в этой деревушке, — Наконец спустя добрых три минуты закончило свой монолог призрачное лицо. Большую часть Ронта просто пропустил мимо ушей, оставив в памяти только парочку полезных фактов.

— И чего ты хочешь? Зачем заманил нас сюда и рассказываешь всё это? — намеренно хладнокровно спросил Ронта, следя за каждой призрачной морщинкой на летающем лице.

Как он заметил, этот "призрак" вообще мало обращал внимание на его поведение. Ему словно было неинтересно, как будто он и вправду видел его "наглость" незначительной настолько, насколько незначительным был ползущий под ногами муравей. Он просто доносил свои мысли сквозь тот "шум", что создавал неизвестный мальчишка перед ним. Ронте не сильно нравилась эта роль, но он понимал и её преимущества.

— Мяу, — буднично и расслабленно подал голос Мякотка, спрыгнув со стола и перебравшись в пару прыжков на подоконник.

Ему изрядно хотелось вырвать зверьку парочку белоснежных усов, но сейчас было не время. Стоя против бывшего человека, ещё неизвестно на что способного, ему было почти нечего противопоставить. А уж если верить его происхождению, то тем более. Даже в лучшем случае он едва ли мог защитить только себя, не говоря про его бедную "напарницу".