В конце вечности

Не знаю, зачем он шёл на вас войной, но теперь у него появилась ещё одна причина. Если вы нас укроете, конечно, — грустно взглянув на генерала, сказал Остап.

Позади послышались торопливые шаги, и показался посыльный.

— Господин генерал! Король хочет вас видеть! — вскинув подбородок, громко произнёс гонец.

Бёртвин кивнул, отчего солнце заиграло на его гладко выбритой макушке, и, снова повернувшись к Остапу, молча похлопал его по плечу.

— Сержант! — громко позвал генерал. — Накормите и выдайте им чистую сухую одежду.

— Так точно, господин генерал! — подскочил сержант и тут же исчез в сутолоке лагеря.

Тяжело вздохнув, Бёртвин широкими шагами направился в шатёр короля. При входе генерал наткнулся на лекаря, выронившего из рук ворох окровавленных бинтов.

— Простите, генерал! — неловко собирая с земли пропахшие кровью повязки, сказал лекарь.

— Вы простите, — виновато ответил Бёртвин и шагнул в шатёр.

Внутри было почти темно, и едва глаз Бёртвина привык к полумраку, как увидел Демида, поправляющего на голове только что наложенную повязку.

— А вот и мой генерал пожаловал! — закряхтел король, зажмуривая от боли один глаз. — Прости меня, Бёртвин, дурак я! — виновато покачав головой и взглянув на генерала, добавил он. — Ты никогда не подводил меня и в который раз уже спас мою седую голову. Я признателен тебе, — старательно подбирая слова, продолжал он. — Ты моя единственная опора. Прости меня за всё, друг.

— Что-то ты расклеился, старый чёрт! — глядя на неловко побагровевшего короля, сказал Бёртвин и засмеялся.

— Да, действительно, — словно отойдя от морока и просветлев, закряхтел король, слегка напуская на себя прежней значимости.

— К чёрту обиды и разногласия, и уж тем более благодарности, Демид, это война, здесь нет места сантиментам, — присев на стул рядом с королём, сказал генерал. — У меня там, в лагере, беженцы. Двое. Парень и девчонка. Историю он мне рассказал бредовую, хотя сам держится молодцом. Говорит, может открыть ту нашу дверь в твоих погребах.

Король опустил взгляд на пол, глубоко погрузившись в тревожные и томительные раздумья.

— Почему ты молчишь? — удивлённо спросил Бёртвин. — Не думал, что ты будешь столь серьёзно озадачен этим вздором.