Понты и волшебство

— Ты убивал людей?

— Вчера я убил троих.

— Я видел, — сказал он. — Но это ведь была самооборона, был бой. Меня интересует другое. Сможешь ли ты убить человека хладнокровно, осмысленно, заколоть ударом в спину человека, возможно, не сделавшего тебе ничего плохого и не собирающегося сделать тебе ничего плохого. Просто потому, что так надо? Не испытывая никаких эмоций, кроме осознанной необходимости?

— Это сложный вопрос, — сказал я. — Мне нужна мотивация.

— Если мотивация будет достаточной, сможешь ли ты убить?

— Смогу, — сказал я, хотя достаточной мотивации для убийства невиновного представить себе не мог.

— Ты убивал людей до вчерашнего дня?

— Да, — сказал я. — Во время службы в армии, а потом еще один раз, по роду дальнейшей деятельности.

— Ты служил в армии, но при этом ты не воин? Как это может быть?

— В стране, где я жил, все мужчины должны определенный срок отслужить в армии, — сказал я.

— А потом?

— Потом делай что хочешь. Это называлось «отдать долг Родине».

— Армия юнцов и новобранцев! — фыркнул Морган. — Кому она может противостоять? Что это за солдат, который назавтра перестает быть солдатом? И ваша страна выиграла хоть одну войну?

— Да, большую, но тогда наша армия была другой. В последнее время мы вели какие-то войны, но не очень понятно, кто в них побеждал.

— В нашем мире солдатами становятся не все, — сказал Морган.

— И много войн вы выиграли?

— Все, — сказал Морган. — Кроме самой важной, которая еще не началась.

— А что там за история с Кантардом? — спросил я.

По той обрывочной информации, что мне удалось собрать за время общения с монахами, нельзя было сказать, что это самая славная страница истории армии Двенадцати Королевств.

— В Кантарде не было войны, — сказал маг. — Была бойня. Сорок тысяч зомби, ведомых Черным Огнем Тагры, и десять тысяч орков под предводительством Черного Лорда Келлена напали на гарнизон, который не насчитывал и тысячи человек, и на город, в котором жили двадцать тысяч ни в чем не повинных жителей. За три дня они не оставили в провинции никого живого, кроме отряда партизан, которые выжили при штурме гарнизона и ушли в горы.