Понты и волшебство

Если же встречный автомобиль поморгал вам дальним светом, вы смотрите на спидометр и обнаруживаете, что в два раза превысили допустимый предел скорости. А если вам машут полосатой палочкой, вы останавливаетесь.

Я остановился, похоронив палкомахателя в густом облаке пыли, и только потом задумался о том, как схожи наши миры. Оказывается, здесь тоже есть гаишники, пусть даже тут совсем нет машин.

Но я не догадывался о том, насколько схожи наши миры, пока сэр Реджи не развязал свой поясной кошель и не высыпал мне в руку несколько монет.

— Больше двух монет не давай, — сказал сэр Реджи. — Если уж совсем не припрет.

— Кто это? — спросил я, хотя уже догадывался кто.

— Доишник, — сказал сэр Реджи. — Он служит в ГИБДД.

— ГИБДД? — несколько удивленно спросил я.

— Государева Инквизиция Бдительности на Дорогах и Дорожках, — пояснил сэр Реджи. — Еще один способ пополнить казну для ведения войны. Их называют доишниками, потому что они доят путешественников. Уверен, это изобретение нашего мира.

Я не стал разочаровывать сэра Реджи, уверенного в уникальности своего мира, тем более что инквизитор с полосатой палкой уже выбрался из облака оседающей пыли и нетерпеливо постукивал своим инструментом о ладонь левой руки.

Кроме палки, другого сходства с братьями по ГИБДД из нашего мира у этого парня не было. Никакого светоотражающего жилета, никакого кепи, никаких знаков отличия. Обычные штаны и камзол, как у каждого второго попадавшегося нам по дороге путника. Отличительным символом власти доишника был жезл.

Интересно, какие тут правила движения и сколько из них я уже успел нарушить по незнанию, кое, как известно, от уплаты штрафа не освобождает? Я вышел из машины, по привычке доставая водительские права.

— В чем дело, командир? — поинтересовался я самым дружелюбным из имеющихся в арсенале тоном. Я использую его только в случаях общения с представителями правопорядка и полными идиотами.

— Это что? — спросил доишник, ткнув жезлом в сторону машины.

Как ни странно, особого удивления на его лице не было. Возможно, живя в мире магии, он насмотрелся и на более диковинные средства передвижения.